— Это будет небыстро, — Катя вздохнула. — И недешёво. Суды, адвокаты, экспертизы… Ты готова?
Лена посмотрела в окно. Она думала о маме, которая уже вернулась домой и пекла свои пироги, несмотря на слабость. О папе, который впервые признал свою ошибку. И о Саше, который, кажется, так и не понял, что натворил.
— Готова, — сказала она, и её голос был твёрдым. — Я не хочу, чтобы это повторилось. Не хочу, чтобы кто-то снова решал за меня, что я «справлюсь».
Катя кивнула, и в её глазах мелькнуло уважение.
— Тогда начнём, — сказала она, открывая ноутбук. — Но сначала тебе нужно поговорить с Сашей. Лицом к лицу.
Встреча с Сашей была назначена в кафе на окраине города. Лена выбрала это место специально — нейтральная территория, где никто из них не чувствовал бы себя хозяином. Кафе было маленьким, с потёртыми деревянными столами и запахом свежесваренного кофе.
Саша пришёл с опозданием, как всегда. Его тёмные волосы были растрёпаны, а под глазами залегли тени. Но улыбка — та самая, обаятельная, которой он всегда выкручивался из неприятностей была на месте.
— Лен, ну что ты начинаешь войну? — сказал он, плюхнувшись на стул напротив. — Давай без этого, а?
— Без чего? — Лена смотрела на него холодно. — Без справедливости?
— Ой, брось, — Саша закатил глаза. — Ты же всегда была за семью. А теперь что, против меня настроила родителей?
— Это ты настроил их против меня, — отрезала Лена. — Продал бабушкину квартиру, Саш. И что? Где деньги?
Саша отвёл взгляд, теребя край салфетки.
— Я вложился, — буркнул он. — Бизнес. Скоро всё окупится.
— Скоро? — Лена наклонилась ближе. — Мама чуть не умерла. Им нужны были деньги на операцию. А ты где был? Катался на своей тачке?
— Не начинай, — Саша нахмурился. — Я не обязан перед тобой отчитываться.
— А перед родителями? — Лена почувствовала, как голос дрожит. — Они тебе всё отдали. Всё! А ты…
— А ты всегда была идеальной, да? — вдруг взорвался он. — Мамина гордость, папина умница! А я? Я вечно был тот, кто «не дотягивает». Знаешь, каково это?
Лена замерла. Его слова ударили, как пощёчина. Она никогда не думала, что Саша мог чувствовать себя в тени. Но это не меняло сути.
— Саш, — сказала она тихо, — мне жаль, если ты так себя чувствовал. Но это не даёт тебе права разрушать семью. Я даю тебе шанс. Поговори с родителями, верни хотя бы часть денег. Или я иду в суд.
— В суд? — он рассмеялся, но смех был нервным. — Ты серьёзно? Против собственного брата?
— Да, — Лена посмотрела ему прямо в глаза. — Против брата, который продал бабушкин дом и оставил родителей без ничего.
Саша молчал, глядя в окно. Наконец он встал, бросив на стол смятую купюру.
— Делай что хочешь, Лен, — сказал он. — Но не думай, что ты всегда будешь права.
Он ушёл, хлопнув дверью, и Лена осталась сидеть, чувствуя, как внутри всё сжимается. Она знала, что сделала правильный шаг. Но почему тогда так больно?
