— А как ты хотел? — она посмотрела на него, и в её голосе не было злости — только боль. — Чтобы я однажды проснулась, а во дворе стоит машина, купленная на деньги, которые я считала на крупу?
Сергей опустил голову.
— Я думал, что это будет сюрприз. Для всех нас.
— Сюрпризы — это цветы или поход в кино, Серж, — сказала Катя. — А не решения, которые касаются всей семьи. Ты хоть понимаешь, как я себя чувствую? Будто я не часть этой семьи. Будто я просто кухарка, которая должна жарить котлеты из воздуха.
Он молчал, и это молчание было хуже любой ссоры. Катя встала, собираясь уйти, но вдруг остановилась.
— Знаешь, — сказала она, — я хочу машину не меньше твоего. Но я хочу, чтобы мы решали это вместе. Чтобы я не чувствовала себя дурой, которая не знает, куда уходят наши деньги.
— Я понял, — тихо сказал Сергей. — Прости. Давай… давай сядем и всё посчитаем? Вместе?
Катя посмотрела на него. В его глазах была искренность — и страх, что он всё испортил. Она кивнула.
На следующий день Катя решила подойти к делу с холодной головой. Она достала старый блокнот, где вела учёт расходов, и позвала Сергея.
— Давай разберёмся, — сказала она, открывая страницу. — Сколько у нас есть, сколько нужно, и как мы будем жить дальше.
Сергей принёс свою «секретную» тетрадь, где записывал свои сбережения. Они сели за стол, и впервые за долгое время Катя почувствовала, что они действительно команда. Они считали, спорили, смеялись над тем, как Сергей записывал суммы «на глазок», и даже начали планировать, как сократить расходы.
— Может, я выйду на работу пораньше? — предложила Катя. — Лизку можно в сад оформить.
— А если я возьму подработку? — добавил Сергей. — На заводе иногда нужны смены по выходным.
Они переглянулись, и в этот момент Катя поняла, что, может быть, они всё-таки справятся.
Но вечером, когда она проверяла почту, пришло письмо от управляющей компании. Счёт за коммуналку — на три тысячи больше, чем обычно. Что-то с тарифами. Катя почувствовала, как сердце сжимается. Они только начали планировать, а жизнь уже подбрасывает новые сюрпризы.
— Серж, — позвала она, показывая ему письмо. — Это что теперь?
Он прочитал и побледнел.
— Я разберусь, — сказал он, но в его голосе не было уверенности.
Катя посмотрела на него, и в её голове мелькнула мысль: а что, если их мечта о машине — это не единственное, что он от неё скрывает?
Катя сидела на кухне, глядя на счёт за коммуналку, который лежал перед ней, как приговор. Три тысячи рублей сверху — мелочь для кого-то, но для их семьи это был удар. Она крутила в руках карандаш, которым вчера делала пометки в блокноте, пытаясь понять, где взять деньги. Сергей ушёл на работу, пообещав «разобраться» с управляющей компанией, но Катя знала: чудес не бывает.
— Мам, а мы сегодня будем рисовать? — Маша заглянула на кухню, держа в руках свой альбом.
Катя заставила себя улыбнуться.
— Не сегодня, солнышко. У мамы дела. Но ты рисуй, хорошо? Покажи потом.
