Сергей молчал, глядя в пол. Потом вдруг сказал:
— Я нашёл подработку. На выходных. Водителем на складе.
— Что? Когда ты успел?
— Сегодня, — он пожал плечами. — Позвонил знакомому. Сказал, что готов брать смены. Это немного, но на продукты хватит.
Катя почувствовала, как гнев отступает, сменяясь усталостью и чем-то ещё — благодарностью, что ли? Она села напротив него.
— Почему ты мне не сказал?
— Потому что ты бы начала переживать, — он слабо улыбнулся. — А ты и так на нервах.
— Серж, — Катя взяла его за руку, — я не хочу, чтобы ты убивался на двух работах. Но я хочу, чтобы мы были честными друг с другом.
Он кивнул, сжимая её пальцы.
— Я обещаю. Больше никаких секретов.
Следующие дни были как марафон. Сергей уходил на завод утром, а по выходным пропадал на складе. Катя записала Лизку в сад, чтобы выйти на работу хотя бы на полставки. Она вернулась в фитнес-клуб, где её помнили и приняли с радостью. Дети, будто чувствуя перемены, стали тише, послушнее, хотя Ваня всё равно умудрялся разливать сок на пол, а Лизка прятала свои игрушки под диваном.
Катя научилась готовить «из ничего». Светины рецепты пригодились: суп из картошки и морковки, запеканка из вчерашнего хлеба, оладьи из кефира, который вот-вот испортится. Она даже начала шутить с детьми, называя свои блюда «волшебными».
— Это не просто суп, — говорила она, ставя тарелку перед Машей. — Это суп «Секреты леса»!
— А что в нём секретного? — хихикала Маша.
— Любовь, — подмигивала Катя, и дети смеялись.
Но внутри она не всегда могла смеяться. Каждый вечер, подсчитывая расходы, она чувствовала, как усталость накатывает волной. Сергей приходил домой поздно, с тёмными кругами под глазами, но всё равно находил силы играть с детьми или помогать Кате с посудой.
Однажды, когда они сидели за столом, разбирая очередные счета, Катя вдруг сказала:
— Серж, а если мы не будем покупать машину?
Он посмотрел на неё, как на сумасшедшую.
— Хотела, — кивнула она. — Но, может, есть что-то поважнее? Например, ремонт в ванной. Или новый диван — этот уже скрипит, как старый корабль.
— А если… — начал он, но замолчал, словно боясь озвучить мысль.
— Что? — Катя посмотрела на него.
— Если продать мой мотоцикл? — тихо сказал он.
Катя замерла. Мотоцикл — его старая «Ямаха», которую он купил ещё до свадьбы, был для него больше, чем просто транспорт. Это была его молодость, его свобода, его мечта. Он редко на нём ездил, но каждый раз, когда чистил его в гараже, улыбался, как мальчишка.
— Ты серьёзно? — спросила она.
— Серьёзно, — кивнул он. — Если продать, хватит на половину машины. Или на ремонт. Или… на что ты решишь.
Катя почувствовала, как к горлу подкатывает ком.
— Серж, я не хочу, чтобы ты отказывался от своей мечты.
— А ты — моя мечта, — он улыбнулся, но в глазах была грусть. — Ты и дети.
Они сидели молча, держась за руки. За окном шёл снег — первый в этом году, пушистый, как в детских книжках. Катя подумала, что, может, это и есть их шанс — начать всё с чистого листа.
