— Да, — Катя кивнула. — Я ему всё рассказала. Он вообще в ярости. Сказал, что это нечестно и что мы не примем такой «подарок», даже если ты согласишься. Мы хотим сами строить свою жизнь, понимаешь? Без таких… манипуляций.
Лена посмотрела на Катю с уважением. Эта девушка, младше её на десять лет, оказалась неожиданно зрелой. В её словах не было ни тени жадности или обиды — только твёрдость и желание поступить правильно.
— Спасибо, Катя, — тихо сказала Лена. — Я правда ценю, что ты так относишься к этому.
— Это не только про тебя, — Катя покачала головой. — Это про нас с Ваней. Мы не хотим начинать семейную жизнь с чужих жертв. И потом… — она замялась, — я знаю, как мама может давить. Она всегда так делала. С Игорем, со мной, с папой, пока он был жив. Но я не хочу, чтобы она испортила всё, между нами.
Лена кивнула, чувствуя, как в груди разливается тепло. Впервые за эти дни она не чувствовала себя одинокой в этой борьбе.
— Что ты собираешься делать? — спросила она.
— Поговорю с ней ещё раз, — Катя сжала губы. — И с Ваней вместе. Мы хотим, чтобы она поняла — мы против этой идеи. А ты… ты поговори с Игорем. Он должен быть на твоей стороне, Лен. Иначе это нечестно.
Вернувшись домой, Лена застала Игоря на кухне. Он пил чай, глядя в телефон, но, увидев её, отложил гаджет.
— Как встреча? — спросил он, и в его голосе было столько осторожности, что Лена сразу поняла — он ждал плохих новостей.
— Катя в порядке, — начала Лена, садясь напротив. — Она против идеи с квартирой. Сказала, что не хочет, чтобы мы жертвовали ради них с Ваней. А вот твоя мама… она перешла все границы.
Лена пересказала разговор с Катей, не утаивая ни слова. С каждым её предложением лицо Игоря мрачнело. Когда она дошла до части про родственников, он стукнул кулаком по столу так, что кружка подпрыгнула.
— Это уже слишком, — процедил он. — Я думал, она просто… ну, брякнула, не подумав. Но это… это уже подлость.
— Игорь, — Лена посмотрела ему в глаза, — я не могу больше терпеть. Она выставляет меня жадной перед всей семьёй, хотя я даже не думала отказываться — я просто не хочу отдавать свою квартиру! Это моё право!
— Я знаю, — Игорь кивнул, его голос был твёрдым. — И я с тобой. Я поговорю с ней. Сегодня же.
Лена хотела поверить, но в глубине души сомневалась. Игорь уже не раз обещал «поговорить», но каждый раз его решимость таяла под напором Тамары Григорьевны. Она была мастером манипуляций, и Лена знала это лучше, чем кто-либо.
Вечером Тамара Григорьевна заявилась без предупреждения, как всегда, с очередной корзинкой яблок и улыбкой, которая не предвещала ничего хорошего. Лена почувствовала, как внутри всё сжимается, но решила не отступать. Игорь, к её удивлению, выглядел собранным — впервые за долгое время он не пытался избежать конфликта.
— Мам, нам надо поговорить, — начал он, едва свекровь села за стол.
— Ой, Лёшенька, что опять? — Тамара Григорьевна закатила глаза, но её голос был нарочито ласковым. — Неужели Леночка опять что-то не так поняла?
