Катя фыркнула, но пальцы замерли над экраном. Она хотела написать: «Поговори, но, чтобы они уехали. Сегодня». Но вместо этого просто выключила телефон и уставилась на воду.
Когда Катя вернулась, дом был непривычно тихим. Машина Даши всё ещё стояла у ворот, но гомон голосов стих. Она вошла в гостиную и увидела Сашу, сидящего за столом с кружкой чая. Даша, Игорь и тётя Лена сидели напротив, а Артём играл на веранде с какой-то палкой.
— Катя, — Саша встал, его голос был мягким, но в нём чувствовалась решимость. — Садись, давай поговорим.
Катя посмотрела на Дашу. Та сидела, скрестив руки, и смотрела в сторону, словно ребёнок, которого отругали. Игорь неловко кашлянул, а тётя Лена уставилась в свою чашку, будто там был ответ на все вопросы.
— Я сказал Даше, что нам нужно установить правила, — начал Саша, глядя на сестру. — Мы с Катей рады гостям, но это наш дом. И мы хотим, чтобы нас предупреждали.
— Правила? — Даша вскинула брови. — Серьёзно, Саш? Это теперь мне к вам записываться, как к врачу?
— Да, — твёрдо сказал Саша. — Если ты хочешь приезжать, звони заранее. И не приводи толпу без спроса.
Катя почувствовала, как внутри что-то оттаивает. Она не ожидала, что Саша будет таким прямым. Но Даша не сдавалась:
— А если я просто хочу брата увидеть? — её голос дрогнул, и Катя вдруг заметила, что глаза золовки блестят. — Ты теперь женой загородишься, и всё? Мы же всегда были вместе!
Саша вздохнул, его лицо смягчилось.
— Даш, ты всегда будешь моей сестрой. Но у меня теперь своя семья. Катя и я — мы строим свою жизнь. И ты должна это уважать.
Даша замолчала, поджав губы. Игорь положил руку ей на плечо, но она её сбросила.
— Ладно, — наконец выдавила она. — Но ты не понимаешь, как мне это обидно. Я думала, дача — это для всех нас. Как раньше.
— Раньше мы были детьми, — тихо сказал Саша. — А теперь у каждого своя жизнь.
Катя смотрела на мужа и чувствовала, как гордость смешивается с тревогой. Он сделал шаг, но хватит ли этого? Даша явно не собиралась так просто смириться.
К обеду напряжение немного спало. Игорь с Артёмом ушли жарить шашлыки, тётя Лена помогала Кате накрывать на стол, а Даша сидела на веранде, листая телефон. Катя заметила, как она украдкой вытирает глаза, и в груди кольнуло. Может, она была слишком резкой? Может, Даша правда не хотела ничего плохого?
— Катя, — тётя Лена тихо коснулась её руки, пока они резали овощи. — Не держи на Дашу зла. Она шумная, но сердце у неё доброе. Просто… у неё сейчас тяжело. С Игорем проблемы, работу она потеряла. Вот и цепляется за семью.
Катя замерла, нож завис над помидором. Она не знала этого. Даша всегда казалась ей самоуверенной, даже нагловатой. Но теперь…
— Почему она не сказала? — спросила Катя.
— Гордость, — тётя Лена пожала плечами. — Она хочет, чтобы всё было как раньше, когда они с Сашей были неразлучны.
