— Лен, ты чего такая хмурая? — спросил он, аккуратно ставя тарелку на полку.
— Хмурая? — Лена повернулась к нему, её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Витя, я пришла домой после работы, а тут полный дом людей, которых я не звала. Они едят мою еду, разбрасывают вещи, занимают все комнаты. А ты… ты даже не предупредил!
— Я не знал, что мама приедет, — начал оправдываться Виктор. — Она позвонила утром, сказала, что уже в пути.
— А Наташа? — Лена бросила губку в раковину. — Ты знал, что они приедут?
— Ну… да, — он замялся. — Но они же ненадолго. Завтра уедут.
— Завтра уедут, а послезавтра кто-нибудь ещё приедет! — Лена смахнула со лба выбившуюся прядь. — Я устала, Витя. Устала быть официанткой в собственном доме.
Виктор посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание. Но тут же он пожал плечами:
— Они же не со зла, Лен. Просто любят с нами быть.
— А я? — тихо спросила она. — А Соня? Мы тоже имеем право на свой дом, на свою жизнь. Или мы для тебя — просто приложение к твоей семье?
Виктор открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент из гостиной раздался громкий плач Лизы. Наташа тут же закричала:
— Витя, принеси воды, пожалуйста!
Лена посмотрела на мужа, который тут же сорвался с места. Она осталась одна у раковины, сжимая мокрую тарелку так, что побелели костяшки пальцев.
В ту ночь Лена почти не спала. Она лежала рядом с Виктором, слушая его ровное дыхание, и думала о том, как всё изменилось. Когда-то их квартира была их маленьким миром — уютным, тёплым, их. А теперь она чувствовала себя чужой в собственном доме.
Наутро, пока все ещё спали, Лена тихо собрала сумку. Она написала записку: «Витя, я еду к сестре на выходные. Позаботьтесь с Соней о себе. Я вернусь в воскресенье». Она поцеловала спящую дочь в лоб, оставила записку на кухонном столе и вышла из квартиры, тихо прикрыв дверь.
Когда она садилась в такси, её сердце колотилось. Это был не просто отъезд на выходные. Это был её первый шаг к тому, чтобы вернуть себе свою жизнь. Но что ждало её впереди? Сможет ли Виктор понять её? Или их семья так и останется заложником бесконечных гостей?
Лена сидела на диване в гостиной своей сестры Кати, в маленькой квартире на другом конце Екатеринбурга. За окном моросил тот же осенний дождь, что и вчера, но здесь, в тишине, он казался почти уютным. Катя, младшая на три года, поставила перед ней кружку с горячим чаем, пахнущим мятой, и плюхнулась рядом, поджав ноги под себя.
— Ну, рассказывай, — Катя посмотрела на сестру с любопытством. — Что стряслось? Ты сбежала из дома, как будто за тобой маньяк гнался.
Лена невесело усмехнулась, обхватывая кружку ладонями. Тепло керамики немного успокаивало, но внутри всё ещё клокотало.
— Не маньяк, а родственники Вити, — сказала она, глядя в тёмную гладь чая. — Они как саранча. Приезжают, едят, шумят, разбрасывают всё, а я должна убирать, готовить и улыбаться, как будто мне это в радость.
