— Что ты делаешь за моим компьютером? — спросила я.
— Ничего! — она резко закрыла ноутбук. — Просто… проверяла почту.
Когда я включила компьютер, обнаружила открытый файл с моим отчётом по работе — тем самым, над которым я трудилась две недели. Через час начальник сообщил, что аналогичный проект только что презентовала конкурирующая компания, где… устроился парень Ольги.
Такси резко затормозило, прервав мои мысли.
— Приехали, — буркнул водитель.
Я вышла под дождь, не пытаясь укрыться. Телефон снова завибрировал. На этот раз сообщение от свекрови:
«Ты опозорила нашу семью. Мы этого не забудем.»
Капли дождя смешались со слезами на лице. Но внутри горел огонь — я точно знала, что не позволю им сломать себя снова.
Дверь квартиры открылась с характерным скрипом. В прихожей горел свет — Дима уже был дома.
— Наконец-то! — раздался его голос из гостиной. — Мы должны поговорить.
Я глубоко вдохнула, стирая с лица следы слёз. Самая трудная часть вечера только начиналась.
Я замерла в дверном проеме, чувствуя, как мокрое пальто тяжелеет на плечах. Дима сидел на диване, его поза была неестественно напряженной — локти на коленях, пальцы сцеплены в замок.
— Ты вообще понимаешь, что сейчас натворила? — начал он, даже не подняв глаз.
Капли воды с моих волос падали на паркет, образуя темные пятна. Я молча сняла пальто, выигрывая время, чтобы успокоиться.
— Я просто сказала правду.
Дима резко поднял голову. Его глаза блестели странным блеском — не от слез, а от ярости.
— Ты оскорбила мою семью за нашим же столом! Мама в истерике, Ольга рыдает!
Я медленно прошла на кухню, налила стакан воды. Руки дрожали так, что стекло звенело о столешницу.
— А когда Ольга продала мой ноутбук — это не оскорбление? Когда она месяц жила у нас, не платя ни копейки?
— Это мелочи! — Дима вскочил, опрокинув журнальный столик. — А сегодня ты…
Звонок в дверь прервал его. Я вздрогнула — было уже за полночь.
Дима бросился открывать. В прихожей, вся мокрая от дождя, стояла Ольга. Ее тушь растеклась, оставляя черные следы по щекам, но в глазах не было и намека на слезы.
— Я не могла не прийти! — завопила она, бросаясь мне в ноги. — Прости меня! Я была глупой, но ты же не можешь из-за этого губить мое будущее!
Я отшатнулась, чувствуя тошнотворный запах ее дешевых духов.
— Встань, — холодно сказала я. — Не надо этого спектакля.
Ольга замерла, затем медленно поднялась. Ее лицо изменилось мгновенно — куда-то делись мнимые слезы, губы сжались в тонкую ниточку.
— Хорошо, — прошипела она. — Давай по-взрослому. Ты мне должна.
— Да! — Ольга сделала шаг вперед. — Это все благодаря моему брату ты живешь в такой квартире, ездишь на дорогой машине!
Дима беспомощно смотрел то на меня, то на сестру.
— Оль, может, хватит…
— Молчи! — огрызнулась она. — Ты что, не видишь, как она нас унижает?
Я поставила стакан на стол с таким звоном, что оба вздрогнули.
— Всё, хватит. Завтра утром я уезжаю к маме. Мне нужно время подумать.
— Да брось, ты никуда не денешься.
