— Нет, давай сейчас! — голос Алины дрожал от ярости. — Ты обещал обсудить это со мной!
Лидия Петровна тем временем уже хозяйственно осматривала квартиру. Она открыла шкаф на кухне и поморщилась:
— И как вы тут живете? Никакого порядка! Посуда разномастная, сковородки старые… — Она вытащила любимую кружку Алины и поставила её на край стола, где та тут же упала и разбилась.
— Это была моя любимая кружка! — вырвалось у Алины.
— Ой, какая драма! — свекровь закатила глаза. — Сынок, покажи мне свою комнату. Я там и поселюсь.
— Наша спальня? — Алина не поверила своим ушам.
— Мам, может, тебе на диване…
— Что?! — голос Лидии Петровны взлетел на октаву. — Я, мать, на диване? А эта… на моём месте будет? Да ты совсем забыл, кто тебя вырастил!
Она направилась к спальне, но Алина перегородила ей дорогу:
— Вы никуда не идёте. Мы не согласны на ваш переезд.
Лицо свекрови исказилось от злости. Она резко развернулась к сыну:
— Ну и как, это твоя жена так с матерью разговаривает? Ты позволишь ей указывать мне?
Максим выглядел растерянным. Он потянулся к Алине:
— Давай успокоимся, обсудим…
— Обсуждать нечего! — Алина отстранилась от его прикосновения. — Или она, или я.
В квартире повисла тягостная тишина. Лидия Петровна первая её нарушила:
— Ну что, сынок? Выбирай.
Максим опустил глаза. Его тихий ответ прозвучал как приговор:
— Мама остаётся… Ты же понимаешь, она пожилая…
Алина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Без слов она повернулась и вышла на балкон, захлопнув за собой дверь. Холодный октябрьский ветер обжигал лицо, но она этого почти не чувствовала.
Из квартиры доносились голоса:
— Сейчас переставим мебель по-человечески…
— Да, мам, как скажешь…
— Этот ужасный ковёр надо выбросить…
Алина достала телефон. Её пальцы дрожали, когда она набирала сообщение подруге: «Он выбрал её. Я ухожу.»
Алина стояла в пустой квартире. Максим уехал помогать матери перевозить остальные вещи, оставив её наедине с мыслями. Она медленно прошлась по комнатам, будто впервые видя это жильё, которое они выбирали вместе, в которое вкладывали душу.
На кухне царил хаос — Лидия Петровна уже успела переставить всю посуду, выбросив половину контейнеров и кружек Алины. В ванной висело новое полотенце с вышитыми инициалами «Л.П.», а её зубная щётка была засунута в самый дальний угол шкафчика.
Она зашла в спальню. Их с Максимом постель была перестелена новым бельём — розовым, в цветочек, явно привезённым свекровью. Алина резко дернула простыню, сбросив её на пол.
— Вот и хорошо, — прошептала она себе. — Теперь хотя бы понятно, где чьё место.
Её взгляд упал на письменный стол Максима. Обычно он тщательно запирал ящики, но сегодня один из них был приоткрыт. Алина подошла ближе. Внутри лежала папка с надписью «Документы на квартиру».
Сердце заколотилось чаще. Она открыла папку дрожащими руками. Сверху лежала свежая выписка из Росреестра — датированная прошлой неделей.
«Право собственности: Лидия Петровна Зайцева, ½ доли. Максим Игоревич Зайцев, ½ доли».
