— Я спрашиваю у тебя! Ты взрослая женщина! Ты должна была стать этому ребёнку матерью!
— Как пыталась? Подозрениями? Обвинениями?
— Я никого не обвиняю!
— Тогда почему она боится тебя?
— А может, вопрос не в том, почему она меня боится? А в том, зачем она вас настраивает против меня?
— То, что думаю. Света не хочет делить отца. И делает всё, чтобы меня отсюда выжить.
Галина Васильевна побледнела от ярости.
— Ты обвиняешь ребёнка в манипуляциях?
— Я констатирую факты.
— То, что каждое моё действие истолковывается против меня. То, что мне не верят. То, что я виновата во всём по умолчанию.
— Потому что ты и виновата! — крикнула свекровь. — Ты не смогла стать матерью этому ребёнку!
— А почему я должна? Почему вся ответственность только на мне?
— Потому что ты взрослая!
— И что это значит? Что я должна терпеть любое отношение к себе?
Галина Васильевна сделала шаг вперёд.
— Это значит, что ты должна любить детей своего мужа!
— А если они не хотят, чтобы их любили?
— Хватит! — свекровь ударила рукой по столу. — Ты что, против внучки, против беззащитного ребенка? Тогда вон из квартиры! Я ведь сразу говорила — ты не пара моему сыну!
Алёна почувствовала странное спокойствие. Как будто что-то тяжёлое наконец упало с её плеч.
— Хорошо, — сказала она тихо.
— То есть как уйдёшь?
— Обычно. Соберу вещи и уйду.
Галина Васильевна растерялась.
— Я не это имела в виду…
— Чтобы ты одумалась. Исправилась.
— Я не собираюсь исправляться, Галина Васильевна. Потому что я не виновата.
Алёна прошла в спальню, достала чемодан. Свекровь следовала за ней.
— Подожди… может, всё не так критично…
— Всё именно так. Вы сами сказали — я не пара вашему сыну.
— Сергей уже давно выбрал между мной и дочерью. Просто не сказал мне об этом.
— Что ты наделала… — пробормотала Галина Васильевна.
— Я? — Алёна аккуратно складывала одежду. — Я освободила всех от проблемы. Света будет спокойна, Сергей не будет разрываться, а вы не будете беспокоиться за внучку.
— А я буду жить своей жизнью.
Сергей приехал, когда Алёна уже собрала вещи. Мать что-то быстро ему объясняла в прихожей. Он вошёл в спальню бледный.
— Алён, что происходит?
— Ничего особенного. Просто ухожу.
— Потому что здесь мне нет места.
— Мама сказала, что вы поссорились из-за Светы…
— Мы не ссорились. Мы выяснили отношения.
— Что я плохая мачеха, которая не умеет любить чужих детей.
— Тогда почему ты никогда не встаёшь на мою сторону?
— Вот видишь. А я устала быть виноватой во всём подряд.
— Но мы можем всё обсудить…
— Обсуждать нечего. Твоя мать права — я не пара тебе.
— До свидания, Сергей.
В подъезде пахло свежей краской — кто-то ремонтировал квартиру этажом выше. Алёна вызвала такси и ждала, глядя на потёртые стены.
— Парковая, шестнадцать, — сказала она водителю, садясь в машину. Там жила её близкая подруга Тамара.
