— Вот и я о том, — свекровь вздохнула. — И ещё… я вам с Игорем деньги переведу. На уборку. Ковёр, посуда — это всё из-за меня.
— Спасибо, — Катя почувствовала, как внутри разливается тепло. Может, Тамара Николаевна и не ангел, но в глубине души она всё-таки не хотела никому зла.
Разговор с соседями предстоял сложнее. Катя понимала, что игнорировать чат нельзя — Галина Петровна уже собирала подписи для «собрания жильцов», а Лиза с Костей грозили эскалацией. Артём, судя по всему, был единственным, кому вчерашний вечер принёс радость, но его поддержка вряд ли помогла бы.
— Надо идти на мировую, — сказал Игорь, когда они обсуждали план за обедом. — Иначе нас заклюют.
— Согласна, — кивнула Катя. — Но как? Галина Петровна нас теперь на дух не переносит.
Игорь задумался, жуя бутерброд.
— Может, опять конфеты? Ты же к ней ходила, и она вроде оттаяла.
— Конфеты — это не панацея, — фыркнула Катя. — Но идея есть. Мы извинимся. Официально. И предложим что-то… полезное.
К вечеру Катя составила сообщение в чат дома. Она долго подбирала слова, чтобы звучать искренне, но не униженно.
«Уважаемые соседи, — написала она. — Приносим извинения за шум вчера. Это был семейный праздник, и мы не рассчитали масштаб. Обещаем, что впредь таких мероприятий у нас не будет. Чтобы загладить вину, мы готовы организовать уборку подъезда и купить новые цветы для клумбы у входа. Спасибо за понимание».
Игорь, читая через её плечо, присвистнул.
— Цветы? Серьёзно? Это ж сколько денег!
— Лучше цветы, чем война с соседями, — ответила Катя, нажимая «отправить».
Ответы не заставили себя ждать. Лиза написала: «Хорошо, но надеюсь, это правда последний раз». Артём кинул смайлик с поднятым большим пальцем. Галина Петровна молчала целый час — для неё это было рекордом. Наконец, она выдала: «Уборка подъезда — это минимум. Но цветы — идея неплохая. Только не какие-нибудь дешёвые».
Катя выдохнула. Кажется, буря начинала стихать.
Следующие дни были посвящены восстановлению порядка. Тамара Николаевна, как и обещала, перевела деньги, и Катя с Игорем наняли клининговую службу, чтобы отмыть ковёр и окна. Посуда, к счастью, пострадала не вся — несколько тарелок и стаканов пришлось выбросить, но это была не катастрофа. Маша, оправившись от ушиба, снова носилась по квартире, напевая про пони, и Катя ловила себя на мысли, что, несмотря на весь этот кошмар, их семья как-то выстояла.
В пятницу вечером они с Игорем сидели на кухне, потягивая чай. За окном моросил дождь, а в квартире наконец-то пахло не компотом, а чистотой.
— Знаешь, — сказал Игорь, глядя на жену, — я думал, мы не переживём этот цирк. Но ты молодец.
— Мы молодец, — поправила Катя, улыбнувшись. — Ты же меня поддержал. Хоть и ворчал.
— Ворчал, потому что боялся, — признался он. — Но ты была права. Мама теперь дважды подумает, прежде чем устраивать что-то у нас.
