За столом собралось человек десять — старые подруги Тамары Ивановны, сестра с мужем, соседка. Ольга сидела рядом с Алексеем и чувствовала себя немного чужой, но свекровь всячески старалась её включить в разговор.
— А вот Оленька у нас главная по финансам в крупной компании, — гордо рассказывала она подругам. — Без неё мы бы с Лёшей до сих пор в съёмной квартире жили. Умница, каких поискать.
Ольга краснела и не знала, куда деть глаза. Это была совсем другая Тамара Ивановна — не та, что два месяца назад критиковала каждый её шаг.
После ужина, когда гости разошлись, свекровь попросила Ольгу остаться на кухне помочь с посудой — «по-женски поговорить».
— Оленька, — начала она, когда они остались вдвоём, — я много думала после того, как уехала. И поняла, какая я была дура. Всю жизнь привыкла, что сын — это мой сын. А потом появилась ты — красивая, умная, успешная. И я… испугалась. Подсознательно решила, что если буду тебя критиковать, то Лёша останется со мной. Глупо, да?
Ольга молча кивнула, продолжая складывать тарелки в посудомойку.
— Я привыкла всё контролировать, — продолжала Тамара Ивановна. — Муж рано ушёл, одна растила сына. И думала, что знаю, как лучше. А оказалось — нет. Ты лучше знаешь. И я счастлива, что у Лёши такая жена.
Она замолчала, вытирая руки полотенцем.
— Прости меня, если сможешь.
Ольга посмотрела на неё и вдруг почувствовала, как оттаивает что-то внутри.
— Я прощаю, — сказала она тихо. — И спасибо, что сказали это.
Они обнялись — неловко сначала, потом теплее. И Ольга поняла, что это не конец истории, а только начало чего-то нового.
По дороге домой Алексей всю дорогу держал её за руку.
— Ты видела лицо мамы, когда ты ей свой салат принесла? — улыбался он. — Она чуть не расплакалась от счастья.
— Я видела, — Ольга улыбнулась в ответ. — И знаешь… я рада, что мы приехали.
Дома, когда они уже легли спать, Алексей вдруг сказал в темноту:
— Оля… я тут подумал. А давай я тоже начну больше зарабатывать? Перейду в другой отдел, там премии выше. Или курсы какие-нибудь пройду. Не хочу, чтобы всё на тебе одной держалось.
Ольга повернулась к нему.
— Лёша, я никогда не просила тебя зарабатывать больше. Мне важно, чтобы ты был счастлив на работе.
— Я знаю, — он прижал её к себе. — Но мне важно, чтобы ты знала: я тоже могу. И буду. Для нас.
Она поцеловала его в ответ, и в этот момент всё встало на свои места.
Но жизнь, как всегда, готовила новый поворот — такой, которого никто из них не ожидал…
— Оля, у меня проблемы на работе, — Алексей вошёл в квартиру вечером в середине декабря и сразу прошёл на кухню, где Ольга разогревала ужин. Голос его звучал глухо, будто он весь день молчал.
Она обернулась, вытирая руки о полотенце.
Он сел за стол, опустил голову на руки.
— Сокращение. Наш отдел переводят в другой город. Либо переезд, либо увольнение. А переезжать я не хочу — здесь мама, здесь мы с тобой всё построили…
