— Может, когда-нибудь мы сможем остаться просто людьми, которые когда-то любили друг друга. Без обид. Без претензий.
— Может, — согласилась я.
Он ушёл. Дверь закрылась тихо, без хлопка. Я осталась одна с ромашками и заявлением о разводе.
Прошёл месяц. Потом ещё один.
Я поменяла замки в третий раз — уже по привычке. Переставила мебель. Выбросила его книги, которые всё ещё стояли в шкафу. Поставила на подоконник горшки с базиликом и мятой. Купила новый диван — светло-серый, какой давно хотела.
Лена однажды написала сообщение: «Катя, прости нас всех. Мы не понимали». Я ответила коротко: «Понимаю. Желаю удачи». И поставила её номер в чёрный список — не из злости. Просто чтобы не возвращаться.
Тётя Галя прислала посылку — банку варенья из малины и записку: «Спасибо, что не держишь зла». Я съела варенье и выбросила банку.
А Дмитрий… Дмитрий больше не звонил. Иногда я видела его в магазине у дома — он шёл с пакетами, один. Однажды наши взгляды пересеклись в очереди за хлебом. Он кивнул, я кивнула в ответ. И всё.
Никаких драм. Никаких слёз. Просто два человека, которые когда-то жили вместе, а теперь живут рядом — каждый в своём мире.
Я открыла окно. В квартиру ворвался ноябрьский ветер, холодный и чистый. Пахло снегом и свободой.
Я глубоко вдохнула и впервые за долгое время улыбнулась — не для кого-то. А просто так.
Потому что теперь этот дом был действительно мой. И я в нём — наконец-то — хозяйка.
