Три дня я жила как во сне. Готовила завтраки, ходила на работу, отвечала на звонки дочери. Игорь ничего не замечал. Или делал вид.
По ночам ворочалась, прислушивалась к его дыханию. Тридцать два года спали на одной кровати, а теперь мне казалось, что рядом со мной — чужой человек. Когда он успел стать таким?
Под глазами залегли тени. Подруга Вера на работе спросила, всё ли у меня в порядке. Кивнула, улыбнулась. Не рассказывать же ей, что муж интересуется, достанется ли ему моя квартира после моей смерти.
В четверг не выдержала.
Игорь сидел в гостиной, листал спортивный журнал. Я села напротив, собралась с духом.
— Слушай, хотела спросить… — начала осторожно. — Ты ведь недавно консультировался с каким-то юристом?
Журнал дрогнул в его руках. Совсем чуть-чуть, но я заметила.
— С чего ты взяла? — Игорь не поднял глаз.
— Слышала, как ты разговаривал. По телефону.
Он медленно отложил журнал. Посмотрел на меня странным взглядом, будто прикидывал, сколько я знаю.
— А, ты об этом, — протянул он. — Обычная консультация. По работе.
Сердце колотилось, как бешеное. Я сцепила пальцы, чтобы не выдать дрожь.
— По работе? Странно. Мне показалось, ты спрашивал о нашей квартире.
Повисла тяжёлая пауза. В форточку постукивала ветка старого тополя — так же стучала, когда мы въехали сюда молодожёнами. Тогда Игорь обнимал меня за плечи и говорил: «Слышишь? Это наше дерево. Будет расти вместе с нашей семьёй».
— Оля, ты подслушивала? — в его голосе появились нотки раздражения.
— Случайно услышала, — я почувствовала, как к щекам прилила кровь. — Это правда?
Игорь встал, прошёлся по комнате. Потом резко развернулся ко мне.
— А что такого? — развёл руками. — Захотел разобраться, как всё устроено с нашим имуществом. Это преступление?
— С каких пор тебя это интересует? За тридцать лет ни разу не спрашивал.
Он фыркнул.
— Вот именно! Тридцать два года женаты, а я даже не знаю, что будет с квартирой, если… ну, если что-то случится.
— Если я умру, ты хотел сказать? — мой голос дрогнул.
Игорь поморщился, будто я сказала какую-то глупость.
— Не драматизируй. Просто уточнил на всякий случай. Мы с тобой не молодеем.
Внутри всё похолодело. Я смотрела на мужа и не узнавала. Человек, с которым прожила большую часть жизни, с которым вырастила дочь, вдруг стал мне абсолютно чужим.
— И что тебе сказал юрист? — спросила тихо.
Он плюхнулся обратно в кресло, забарабанил пальцами по подлокотнику.
— Что без завещания я мало на что могу рассчитывать. Квартира — твоя собственность.
— И тебя это задело?
— Ну, а что? — он вдруг стал агрессивнее. — Мы же семья. Я имею право знать такие вещи!
— Знать — да. Но ты не просто интересовался. Ты спрашивал о «вариантах».
— Господи, Оля! Ты прямо как в детективе! «Варианты», «возможности» — обычные юридические термины.
Повисла пауза. За окном загудела машина — соседка Нина Степановна вечно паркуется под нашими окнами. Раньше Игорь всегда возмущался, а сейчас даже не заметил.
— Если бы я умер, тебе бы тоже стоило знать свои права, — добавил он уже мягче.
