«Вы украли у меня мужа» — воскликнула Марина, выгоняя свекровь и приказывая сыну собирать вещи
«Моя семья — это моя жена» — решительно сказал Виктор, попросив мать и сестру уйти из их дома
«Только оттуда выходят такие, как ты!» — с презрением бросил Гриша, и Саша почувствовала, как сердце сжалось
«Я устал тянуть всё на себе» — отрезал он, шокировав Свету, и она уехала к маме
«Я больше вообще к ней не поеду» — решительно сказала Марина, не оборачиваясь
«Слушай, ты мне больше не свекровь, так что я твоим приказам больше не подчиняюсь! Ищи себе другую рабыню, милая моя!» — в сердцах заявила Марина и, не оглядываясь, вышла из квартиры
«Если ты подпишешь эти документы, я уйду» — тихо, но твёрдо сказала Светлана, и ручка в руке Андрея замерла
«Я выбираю свою семью» — твёрдо ответил Олег, попросив мать уйти
«Либо я ухожу» — решительно заявила Полина, поставив мужу ультиматум
«Я устал! Устал быть между вами! Устал выбирать! Устал от ваших войн!» — прорывно воскликнул Дима и ушёл из дома
«Завтра утром чтобы вещи были собраны, и чтобы духу твоего здесь не было!» — голос Людмилы Петровны дрожал от едва сдерживаемой ярости, её указательный палец был направлен прямо в моё лицо
«Если ещё раз в нашей жизни кто-то, даже твоя мать, перейдёт границу, и ты не встанешь на мою сторону — я уйду. Навсегда» — твердо предупредила Наталья, поставив Денису ультиматум
«Если твоя мать переедет сюда, я уйду» — решительно сказала Ксения, собирая вещи
«Чтобы ты был моим мужем, а не маминым сыном» — потребовала Татьяна
«Я не хочу быть третьей лишней в собственном доме» — решительно заявила Марина, собрала вещи и пригрозила выставить квартиру на продажу
«Не хочу тебя разочаровывать, но дом принадлежит мне» — с вызовом сказала Саша
«Она хочет выжить меня отсюда!» — выпалила Ирина
«Теперь этот дом принадлежит мне по закону» — свекровь самодовольно покачала связкой ключей
«Это квартира твоей бабушки, и теперь она моя!» — прорычала свекровь на пороге, показывая документы и дав семье месяц на сборы
«Я вас обоих очень люблю» — прошептала Юлия, поцеловала Славу и ушла, а он остался стоять у двери и плакать