— Ну, я что… Я ничего… Я так, мимо проходила… С утра уже там. С какими-то мужиками. Мебель выносят… — тётя Галя даже губы облизнула от удовольствия.
— ЧТО?! — Наталья метнулась к подъезду.
Лифт, конечно же, не работал. Подскочила на третий этаж быстрее олимпийского спринтера. И тут… увидела. Открытая дверь. В прихожей — гора пакетов, коробок и… О, Боже… её любимый диван!
А рядом — Алевтина Петровна. Величественная, с лицом прокурора на смертном приговоре. И два мужика в синих спецовках, которые, не поднимая глаз, тащили на лестницу комод.
— А что это, простите, здесь происходит?! — Наталья влетела в квартиру, чуть не сшибив дверной косяк плечом.
Свекровь, не моргнув:
— О, Наташенька, ты вовремя. Как раз хотела тебе сказать. Мы тут решили — кое-что поменять. Ты же сама говорила, что бардак. Вот и начали порядок наводить.
— Минуточку… — Наталья поставила руки в бока. — Это мой диван. Это мой комод. Это вообще моя квартира!
— Квартира, может, и твоя, а вот семья — общая! — отчеканила Алевтина Петровна. — Так что не ори. Мы тут с Димой решили — жить будем по-другому. Более… правильно. Я вот подумала, что этот диван тебе ни к чему. Всё равно на нём только пыль собирается. Я его себе забираю. На дачу. А ты купишь новый. Современный. Из Икеи какой-нибудь. Молодёжный.
Наталья выдохнула так, что воздух зашипел сквозь зубы:
— Вы… с Димой… решили?
— Ну да. А что ты удивляешься? Ты у нас тут гостья, а не хозяйка. Дом-то семейный. И если ты хочешь здесь жить, будь добра — подстраивайся под семейные порядки!
— А ничего, что этот «семейный» дом куплен мной?! На мои деньги. ДО брака! — Наталья буквально дрожала.
Свекровь поджала губы:
— Ты всё путаешь, милая. Деньги-то, может, и твои были… А вот семья — общая. А значит, и быт общий. И имущество — по справедливости.
— Какая справедливость?! Вы в своём уме?! — Наталья бросилась к грузчикам. — Поставили комод обратно! Быстро!
Мужики переглянулись, один нерешительно пожал плечами:
— Мы… Нам женщина сказала… Оплачено…
— Женщина?! Какая женщина?! Вот я — хозяйка квартиры! Я оплачу вам тройную ставку за то, чтобы вы ПРЯМО СЕЙЧАС всё это вернули обратно!
— Ой, да не смеши! Ты что — думаешь, тебя тут кто-то боится?
И тут в дверях возник он. Дмитрий. Великий молчун. С пакетом из магазина, будто невзначай.
— О… Наташ… Ты уже дома…
— Да ладно?! А ты думал, я где?! В монастыре?! Дмитрий, объясни, ЧТО здесь происходит! — Наталья ткнула пальцем в диван, который уже почти сполз с лестницы.
Дмитрий переминался с ноги на ногу:
— Ну, мы с мамой подумали… В общем… Мама пока тут поживёт. Чтобы… ну… помочь нам. А ты… ну… ты же говорила, что хотела поехать к подруге в Краснодар…
Наталья уставилась на него так, что если бы взгляд убивал, полиция бы приехала забирать труп.
— Я… значит… в Краснодар… А тут — мамочка жить будет?
— Ну… временно… Пока…
— Не переживай, Наташенька. Мы твою комнату даже трогать не будем. Пока. Хотя диван я всё-таки заберу.
— Ах ты… — Наталья кинулась к дивану, вцепилась в подлокотник. — НЕ ДАМ!
