— Вы и раньше оставляли. Полгода не звонили, не поздравили с днём рождения. А теперь вдруг — внук, квартира, семья…
Ольга Павловна схватила сумку:
— Я уйду! Но вы ещё вспомните мои слова!
Дверь хлопнула. Саша остался стоять у стола, молча.
— Тебе обидно? — спросила Ирина.
— Мне… тяжело, — тихо сказал он. — Я между двух огней. Мама давит, ты защищаешься. Я просто хотел, чтобы мы жили спокойно.
— Тогда научись ставить границы. Иначе мы не выживем. Я больше не буду оправдываться за то, что защищаю своё и Машино. Даже если тебе это неудобно.
Он ничего не ответил.
Через пару дней Ирина узнала, что свекровь пожаловалась всем родственникам. Её обвинили в том, что она «отобрала» квартиру у мужа, «не уважающая старших» и «корыстная».
Но ей было уже всё равно.
Через месяц Саша сказал:
— Я поговорил с мамой. Она не передумала, но… я понял, что ты была права. Я хочу вписать себя хотя бы как со-заемщика. Потому что эта квартира — и моя тоже. Не из-за доли, а потому что тут мой дом.
— Вот теперь я слышу мужа. А не чью-то тень.
