Через час у ворот затормозила машина. Светлана Ивановна вышла первой, в ярком красном пальто, с корзинкой в руках. За ней — тётя Нина, её муж Лёша и их дети, Маша и Ваня, с рюкзаками. Катя стояла на крыльце, скрестив руки, и чувствовала, как сердце колотится. Дима вышел встречать гостей, но его улыбка была натянутой.
— Катюша, какие вы молодцы! — Светлана Ивановна обняла её, обдав запахом сладких духов. — Домик — загляденье! А мы пирогов напекли, сейчас чаю попьём!
— Спасибо, — выдавила Катя, но её голос был холодным. — Только мы не ждали гостей.
— Ой, да ладно тебе, — тётя Нина махнула рукой, втаскивая сумку на крыльцо. — Семья же! Мы ненадолго, до завтра. Дети так хотели на речку посмотреть!
Маша и Ваня уже топтались у качелей, перебрасываясь какими-то шутками. Лёша, муж тёти Нины, молча курил у забора, будто всё происходящее его не касалось. Катя посмотрела на Диму, но он отвёл взгляд.
Внутри дома стало ещё хуже. Светлана Ивановна тут же принялась осматривать всё, будто инспектор.
— Ой, Катя, а шторы тут какие тонкие, — она пощупала занавески. — Поменять бы на что-то посолиднее. А полки в кухне где? У вас же посуда не помещается!
— Нам хватает, — коротко ответила Катя, чувствуя, как щёки горят.
— Ну, это пока, — тётя Нина подхватила тон свекрови. — А если гостей много будет? Надо просторнее всё делать, для семьи!
Катя сжала кулаки. Для семьи? Это её дом! Её с Димой! Почему она должна подстраиваться под чужие планы?
За чаем напряжение только нарастало. Маша пролила сок на скатерть, Ваня уронил пирог на пол, а Светлана Ивановна продолжала раздавать «советы» — от того, как правильно красить забор, до того, где лучше поставить баню. Катя молчала, но внутри всё кипело. Она ловила взгляд Димы, но он только пожимал плечами, словно говоря: «Ну что я могу сделать?»
К вечеру Катя не выдержала. Она ушла на речку, оставив гостей в доме. Села на старый деревянный мостик, где они с Димой когда-то ловили рыбу, и уставилась на воду. Речка журчала, отражая закатное небо, и этот звук немного успокаивал. Но обида не уходила. Почему Дима не остановил их? Почему не сказал, что это их место, их правила?
Она вспомнила, как бабушка учила её стоять за своё. «Катюша, — говорила она, — если не будешь защищать то, что тебе дорого, никто за тебя это не сделает». Тогда Катя была маленькой и не понимала, как это — защищать. А теперь понимала слишком хорошо.
Вернувшись в дом, она застала картину, от которой чуть не задохнулась. Тётя Нина копалась в шкафу на веранде, вытаскивая старые пледы.
— Что вы делаете? — Катя замерла в дверях.
— Ой, Катюш, — тётя Нина даже не обернулась. — Тут такие пыльные тряпки, надо бы постирать. А то гости приедут, а у вас бардак.
— Это не тряпки, — Катя шагнула вперёд, выхватывая плед из её рук. — Это бабушкины вещи. И гости тут не приедут.
— Катя! — Светлана Ивановна появилась в дверях, её голос был строгим. — Что за тон? Мы же помочь хотим!
