Однажды вечером, когда работа была почти закончена, тетя позвала их в дом. На столе стояла тарелка с пирогом — яблочным, без сахара, на фруктозе.
— Это я сама пекла, — гордо сказала Раиса Петровна. — По твоему рецепту, Катя.
Катя откусила кусочек и улыбнулась. Пирог был суховат, но это был самый вкусный пирог в её жизни.
— Тетя Рая, — сказала она, — вы молодец.
— А ты, Катя, — ответила Раиса Петровна, — не такая уж и плохая хозяйка. Может, я и правда оставлю вам с Сашей эту дачу.
Катя замерла, не зная, что сказать. Саша кашлянул, пряча улыбку.
— Только не расслабляйтесь, — добавила тетя, прищурившись. — Я ещё проверю, как вы за ней следить будете.
Катя рассмеялась. Впервые за всё время она не чувствовала раздражения. Только тепло.
Но это было только начало. Через неделю Раиса Петровна позвонила и сообщила, что приедет с «важным разговором». Катя почувствовала, как сердце снова ёкнуло. Что ещё задумала эта женщина? И почему её визиты всегда пахнут новыми испытаниями?
В крохотной кухне, где пахло свежезаваренным чаем и слегка подгоревшим пирогом, Катя прислонилась к столешнице. Сердце колотилось. Последние недели, после их поездки на дачу, казались маленькой победой. Раиса Петровна стала мягче, даже начала приносить свои яблоки и варенье, а её замечания звучали скорее как советы, чем как приговоры. Но этот звонок… «Важный разговор». От этих слов веяло чем-то серьёзным, почти зловещим.
Катя достала из шкафчика коробку диабетического печенья — того самого, которое Раиса Петровна неожиданно одобрила в прошлый раз. Она уже научилась держать под рукой что-то без сахара, зная о тетиных проблемах с диабетом. Но сегодня интуиция подсказывала: печенья будет мало.
— Это опять твоё диабетическое? — Раиса Петровна скептически посмотрела на тарелку, когда Катя вернулась в гостиную.
— Да, — Катя кивнула, стараясь говорить спокойно. — Для здоровья. Вы же сами говорили, что врач рекомендовал следить за сахаром.
Тетя хмыкнула, но взяла печенье. Откусила, пожевала, задумчиво глядя в окно, где за стеклом мелькали силуэты соседских детей, гоняющих мяч во дворе.
— Заботливая ты, Катя, — наконец сказала она, и в её голосе мелькнула нотка, которую Катя не могла разгадать — то ли одобрение, то ли насмешка. — Это хорошо. Забота — это главное в семье.
Катя насторожилась. Такой тон у Раисы Петровны обычно предвещал что-то неожиданное. Она бросила взгляд на Сашу, который только что вошёл в гостиную с ноутбуком под мышкой. Он выглядел уставшим — весь день на работе, потом пробки. Но увидев тетю, он расплылся в улыбке.
— Теть Рая, ты уже тут? — Саша поставил ноутбук на стол и обнял родственницу. — Как дела?
— Дела у меня, Сашенька, — Раиса Петровна похлопала его по плечу, — такие, что пора их обсуждать. Садитесь оба, разговор серьёзный.
Катя почувствовала, как внутри всё сжалось. Она села рядом с Сашей, сцепив руки под столом. Саша бросил на неё быстрый взгляд — мол, не волнуйся, — но его глаза тоже выдавали тревогу.
