Ирина вспомнила, как Костя каждый раз уходил от конфликта. Как прятал глаза, когда мать отчитывала жену. Как делал вид, что ничего не происходит.
— А если… если Костя не сможет?
— Значит, это не твой мужчина, — просто ответила мама. — Ты сильная, умная, красивая. Ты заслуживаешь большего, чем быть вечно виноватой.
Телефон снова завибрировал. Костя: «Мама расстроена. Может, вернёшься? Поговорим спокойно».
Ирина выключила телефон.
Утром она поехала на работу. В команде все сделали вид, что ничего не происходит, только Марина, её заместитель, задержалась после планёрки:
— Что-то случилось? Ты какая-то потерянная.
— Всё нормально, — Ирина попыталась улыбнуться. — Просто… семейные проблемы.
— Свекровь? — понимающе кивнула Марина. — Знакомая история. У меня первый брак так и закончился — не выдержала этого давления.
— А во втором я сразу сказала мужу: либо мы живём отдельно, либо никак. И знаешь, он согласился. Снимали квартиру, потом ипотеку взяли… Зато я дома хозяйка, а не вечная невестка.
Ирина промолчала. Мысль о том, чтобы всё начать сначала, пугала. Им с Костей тридцать пять — не двадцать лет, чтобы с нуля строить жизнь. Да и ипотека за квартиру на Садовой…
Вечером она включила телефон. Пятнадцать пропущенных от мужа, три — от свекрови. Сообщения в WhatsApp: «Мама приготовила твой любимый пирог», «Давай поговорим», «Ты ведёшь себя как ребёнок».
Она представила, как вернётся. Как Нина Петровна будет демонстративно быть «хорошей», как Костя обрадуется, что всё «наладилось». И как через неделю всё начнётся по новой.
— Нет, — сказала она вслух. — Больше нет.
— Нам надо встретиться. Завтра после работы. В кафе.
Они встретились в небольшой кофейне недалеко от офиса. Костя выглядел помятым, будто не спал эти дни.
— Ира, — начал он, — давай всё обсудим. Мама обещала…
— Нет, — перебила она. — Сейчас говорю я, а ты слушаешь. Я больше не вернусь в эту квартиру.
— Я устала, Костя. Устала быть второй женщиной в твоей жизни. Устала доказывать, что имею право на собственное мнение, на собственное пространство. Устала от того, что ты всегда на стороне матери.
— Это неправда! — он повысил голос, несколько посетителей обернулись. — Я люблю тебя, ты же знаешь.
— Знаю, — она грустно улыбнулась. — Но этого мало. Мне нужен муж, а не маменькин сын. Мне нужен мужчина, который не побоится встать на мою сторону. Который защитит меня, а не будет делать вид, что ничего не происходит.
— И что ты предлагаешь?
— У нас есть выбор, — она достала из сумки папку. — Либо мы продаём квартиру, делим деньги и расходимся. Либо… либо ты наконец становишься мужем. Говоришь матери, что это наш дом и наши правила. Что она может жить с нами, но не может командовать. Выбирай.
Костя молчал, глядя в чашку с остывшим кофе.
— Ты не понимаешь, — наконец сказал он. — Мама одна вырастила меня. Она всю жизнь мне отдала. Как я могу теперь…
