Даша не понимала, для чего надо называть свадьбой посиделки с чаепитием, — наверняка, Иван пожадничает и шампанского не купит, — но сказала, что придёт. Она дружит с Настей, и не станет из-за этого жлоба пропускать праздник подруги.
В Москву пришёл холодный ноябрь. В издательстве все стояли на ушах — закрывали год. Декабрь для этого уже не очень подходил. В декабре все готовятся к празднику и отмечают корпоративы.
— Зайкова! Хорошо, что ты тут.
Настя обалдела. Сам генеральный пришёл к ней в кабинет. Точнее, они делили кабинет с Дашей, но той с утра не было на месте.
Вообще, с тех пор как Фролов взял Настю на работу, она его почти не видела. Так, иногда в коридорах встречала и вежливо здоровалась. А он — гляди-ка — и по фамилии Настю знает, оказывается!
— Я тут, Михаил Денисович. — подтвердила она. — Что-то случилось?
— Отлично! Нужно отвезти авторские экземпляры Свиридову. Все курьеры на выезде. Отвезёшь? Это за городом. Адрес возьмёшь у секретаря.
— Но Свиридов не мой автор!
— Знаю. Но Копыловой нет, заболела. Курьеры… ну, про курьеров я сказал. Свиридов — важная птица. Сам приехать не соизволит. Отвези, а? Там немного. Пара стопок всего.
— Ладно. Я отвезу, конечно, Михаил Денисович!
— Умница моя! Не зря я тебя на работу взял.
Настя предупредила Ивана, что может задержаться — Фролов отправил её за город. Вроде ещё ноябрь, а повсюду пробки, как перед самым праздником. Вроде и дом совсем недалеко от МКАД — около километра всего — а пока Настя проехала съезд, прошло буквально полдня, и на Москву опустился вечер. Тёмный, зимний. Холодный.
Как там его зовут, Свиридова этого? Важная птица, надо же… Настя иногда попадала на канал Свиридова в ютуб. Был он молод, категоричен, хорош собой. Всех ругал, а сам писал детективы, да такие затейливые, что никто-никто не мог в начале книги угадать, кто убийца. В середине, впрочем, тоже никто не мог.
Начинал Свиридов книжным обозревателем на ютубе. И все-то ему не нравились. И все-то были для него бездарными. А писать он начал в пику, назло. Нате, мол, авторы, посмотрите, как надо.
Писал Свиридов и правда хорошо. Так хорошо, что к тридцати годам выпустил столько книг, что их уж и не считал никто. Обозревал чужие книжки на своём канале он теперь всё реже, но иногда случалось. Звали его — Настя подсмотрела, пока томилась в пробке — Игорь. Ну, он молодой, без отчества обойдётся.
Настя наконец добралась. Она решила сначала позвонить в домофон, дождаться ответа, а потом уже вытаскивать книги из машины. Начинался снегопад, и судя по всему, грозил разойтись как следует. Ни к чему стоять под снегом с книгами, можно испортить новенькие детективчики с красивой обложкой.
Странно, но на звонок никто не отзывался. Настя удивилась и огорчилась — ну надо же! Пилила сюда, пилила. Он же должен ждать свои книги, или нет? Фролов сказал, что ждёт. Она решила подергать калитку за ручку, и чуть не упала, когда потянула створку на себя. Калитка оказалась открыта.
— Чертовщина какая-то. — пробормотала Настя.
