— Я защищаю свои границы. Если твоя мама считает нормальным обсуждать мою зарплату с подругами, пусть обсуждает. Но распоряжаться я ею буду сама.
Следующий ход сделала Галина Петровна. Она начала приходить каждый вечер. Официально — в гости. На деле — контролировать.
— Антоша, что ты ел на ужин? Опять полуфабрикаты? Мариночка, милая, неужели трудно мужу нормальную еду приготовить?
— Антон умеет готовить, — спокойно отвечала Марина. — Если хочет домашнюю еду, может приготовить.
— Как это — мужчина будет готовить? Это женская обязанность!
— В двадцать первом веке нет мужских и женских обязанностей. Есть партнёрство.
Галина Петровна поджимала губы и переходила к следующей теме.
— А почему у вас так пыльно? И бельё не глажено висит. Антоша, сынок, ты заслуживаешь лучшего ухода!
Антон молчал. Ему было неловко, но возразить матери он не мог. Марина видела, как он мечется между желанием поддержать жену и страхом обидеть мать. И выбор всегда был не в её пользу.
Через месяц такой жизни Марина поняла — так больше продолжаться не может. Либо Антон выберет их семью, либо она уйдёт. Но толчок к решению пришёл с неожиданной стороны.
В пятницу вечером Марина вернулась домой и застала в квартире… ремонт. Двое рабочих клеили обои в их спальне. Галина Петровна руководила процессом.
— Что здесь происходит? — Марина не могла поверить своим глазам.
— А, Мариночка! Сюрприз! Я решила обновить вам спальню. Эти ваши серые стены такие депрессивные. Вот, выбрала весёленькие обои, с цветочками. И шторы заказала в тон!
Марина почувствовала, как земля уходит из-под ног. Свекровь без разрешения, в их отсутствие, наняла рабочих и меняет их спальню!
— Вон! — голос Марины дрогнул. — Все вон из моего дома! Немедленно!
— Да ты что! — возмутилась Галина Петровна. — Я же для вас стараюсь! Неблагодарная!
Рабочие, почувствовав накал, быстро собрали инструменты и ушли. Галина Петровна стояла посреди спальни с полуоклеенной стеной.
— Антон сейчас придёт, и мы поговорим! Ты не имеешь права!
— Это вы не имеете права! Это мой дом! Моя спальня! Как вы вообще сюда попали?
— Консьержу сказала, что я мама Антона, делаю сюрприз. Она пропустила.
Марина достала телефон и начала снимать видео. Полуободранные стены, куски новых обоев, беспорядок.
— Фиксирую порчу имущества. Это уголовная статья, между прочим. Проникновение в жилище и порча имущества.
Галина Петровна побледнела.
— Ты… ты не посмеешь!
В этот момент вернулся Антон. Увидев картину, он застыл в дверях.
— Что… что здесь произошло?
— Твоя мама решила сделать нам сюрприз. Без нашего ведома наняла рабочих и начала переклеивать обои в нашей спальне.
Антон повернулся к матери.
— Антоша, я хотела как лучше! Вы живёте в такой мрачной квартире! Я думала, вы обрадуетесь!
— Мам, — Антон вдруг заговорил устало. — Это наш дом. Понимаешь? НАШ. Не твой. Ты не можешь просто прийти и что-то менять.
— Да, ты моя мать. Но Марина — моя жена. И это наш с ней дом. Наша жизнь. Ты должна это уважать.
Галина Петровна смотрела на сына, как на предателя.
