Катя замерла. Она помнила тот браслет — тонкий, серебряный, с маленьким кулоном в виде звезды. Она тогда просто посмотрела на него, даже не думая, что Дима заметит. А он запомнил.
— Спасибо, — тихо сказала она, чувствуя, как внутри теплеет. — Но… давай договоримся, что сюрпризы тоже обсуждаем?
Дима кивнул, и в его улыбке была искренняя теплота.
Через пару дней Нина Ивановна снова появилась в их квартире. На этот раз без торта, но с небольшой коробкой, перевязанной лентой. Она выглядела непривычно робко, теребя край своей кофты.
— Катюша, Дима, — начала она, садясь за стол. — Я тут подумала… Я хочу сделать вам подарок. На отпуск.
Катя напряглась. Ещё один подарок? Ещё одно вмешательство? Но Нина Ивановна подняла руку, словно предугадывая её мысли.
— Не спорьте, — твёрдо сказала она. — Это не извинение. Это… благодарность. За то, что вы дали мне понять, как важно уважать вашу семью.
Она протянула коробку. Катя открыла её и замерла. Внутри лежал конверт с логотипом туроператора. Она посмотрела на Диму, потом на свекровь.
— Это путёвка, — пояснила Нина Ивановна. — На неделю, в тот отель, который вы хотели. Я добавила немного от себя. Чтобы Настя увидела своих дельфинов.
Катя почувствовала, как горло сжимает. Она не знала, что сказать. Это было больше, чем она ожидала. Больше, чем могла себе представить.
— Нина Ивановна… — начала она, но свекровь перебила.
— Просто скажи «спасибо», — улыбнулась она. — И обещай, что будете присылать мне фотки с моря.
— Спасибо, — тихо сказала Катя, и в её голосе было больше, чем просто благодарность. Это была надежда. Надежда, что всё может наладиться.
Неделя перед отпуском пролетела как один день. Катя с Димой собирали чемоданы, обсуждали, что взять для Насти, спорили, нужна ли вторая пара сандалий. Впервые за долгое время они смеялись вместе, и Катя ловила себя на мысли, что это похоже на их первые годы — когда всё было легко, когда они были на одной волне.
Но в глубине души она всё ещё боялась. Что, если это временно? Что, если Дима снова решит что-то за неё? Таблица бюджета помогала, но это был только инструмент. Настоящее доверие нужно было строить заново.
Вечером перед вылетом Настя вбежала в их спальню, размахивая своим дельфином.
— Мам, пап, а дельфины правда там будут? — её глаза сияли, как звёзды.
— Будут, — Дима подхватил её на руки, закружил. — И ты их увидишь, обещаю.
Катя смотрела на них, и её сердце сжалось. Не от боли, а от чего-то тёплого, почти забытого. Она хотела верить, что они справятся. Что этот отпуск станет не просто поездкой, а новым началом.
Аэропорт был полон шума: голоса, объявления, скрип чемоданов. Настя тянула Катю за руку, не в силах усидеть на месте. Дима тащил их чемоданы, улыбаясь дочке, которая болтала без умолку.
— Мам, а море большое? — спрашивала Настя, подпрыгивая. — А дельфины будут прыгать?
— Большое, — смеялась Катя. — И дельфины будут прыгать, если ты их позовёшь.
Они прошли регистрацию, сдали багаж. Когда сели в зал ожидания, Дима вдруг взял Катю за руку.
