— Несправедливо? — Фаина почувствовала, как внутри снова закипает гнев. — А что справедливо, Лен? То, что я три года ухаживала за тётей, пока вы с мамой её даже не навещали?
— Мы навещали! — возмутилась Лена. — Ну, может, не так часто, но…
— Один раз за три года, — отрезала Фаина. — Я помню. Ты приехала, когда Лида ещё могла ходить. Привезла торт, посидела полчаса и уехала. А потом — тишина.
Лена опустила глаза, и Фаина вдруг заметила, что её щёки покраснели.
— Я знаю, что мы не идеальны, — тихо сказала Лена. — Но… у меня дети, Фая. Им нужна квартира. Мы с мужем в однушке ютиться не можем.
— А я должна отдать своё, чтобы решить ваши проблемы? — Фаина наклонилась вперёд. — Лена, это не просто квартира. Это память о человеке, который был мне семьёй. Ты хоть понимаешь, что это значит?
Лена молчала, теребя салфетку. Впервые за всё время Фаина увидела в ней не наглую претендентку на наследство, а женщину, которая, кажется, сама не до конца понимала, во что ввязалась.
— Я не хотела, чтобы всё так далеко зашло, — наконец призналась Лена. — Мама… она меня подначила. Сказала, что ты эгоистка, что тебе одной эта квартира не нужна. Я повелась.
Фаина почувствовала, как внутри что-то дрогнуло. Неужели это первый шаг к правде?
— Лен, — тихо сказала она, — я не против помогать. Но не так. Не за счёт того, что для меня свято.
Лена кивнула, и в её глазах мелькнули слёзы.
— Я поговорю с мамой, — сказала она. — Попробую её убедить. Но ты же знаешь, какая она…
— Знаю, — Фаина невольно улыбнулась. — Но если ты на моей стороне, это уже что-то.
Той же ночью Сергей уехал к матери. Фаина не спрашивала, о чём он будет говорить — она слишком устала от всего. Но когда он вернулся под утро, его лицо было таким серьёзным, что она сразу поняла: что-то изменилось.
— Я сказал маме, что не позволю ей разрушать нашу семью, — начал он без предисловий. — Сказал, что если она продолжит давить на тебя, то я… — он запнулся, — я перестану с ней общаться.
— Ты это серьёзно? — тихо спросила она.
— Серьёзно, — он посмотрел ей в глаза. — Ты моя жена, Фая. И я не хочу тебя терять.
Она почувствовала, как слёзы подступают к глазам, но на этот раз это были слёзы облегчения. Впервые за всё время она увидела в Сергее не растерянного мальчика, разрывающегося между женой и матерью, а мужчину, готового защищать свою семью.
Но что скажет Нина Ивановна? Согласится ли она отступить? Или этот конфликт разгорится с новой силой, угрожая всему, что Фаина так отчаянно пыталась сохранить?
— Тетя завещала квартиру мне, а не твоим родственникам! — напомнила Фаина мужу, и её голос, хоть и дрожал, был полон решимости.
— Я знаю, Фая, — Сергей смотрел на неё с такой серьёзностью, что она невольно замолчала. — И я сказал маме, что не позволю никому вмешиваться в твои решения.
