— Значит, так, Инна Сергеевна, — сказал он, поправляя очки. — Первое: имущество, которое вы купили до брака, остаётся вашим. Квартира?
— Моя. Купила до свадьбы.
— Отлично. Второе: бизнес. Раз вы всё оформляли на себя и договора аренды, и счета, то супруг здесь ни при чём. Но! — он поднял палец. — Если будете оформлять новый магазин, не вздумайте писать его на мужа. Тогда он действительно сможет претендовать.
— Спасибо, я уже поняла.
— И ещё. Переоформите часть имущества на мать или близкого родственника. Так надёжнее.
Я кивнула. В груди росло ощущение правильности.
Вечером я объявила дома:
— Завтра поеду к маме. Надо кое-что обсудить.
Гриша сидел на диване, смотрел футбол.
— Опять мама? А мне что, одному тут сидеть?
— Привыкай, — отрезала я.
— Инн, ну ты чего? Давай спокойно. Мы же семья.
— Ты мне не семья, Гриша. Семья не предаёт.
— Да ты с ума сошла! Хочешь развода?
— А ты чего хотел? На мне жениться и на мне же нажиться?
Мы снова заорали друг на друга. В ход пошли подушки, он схватил мою сумку и швырнул об стену. Я оттолкнула его, он чуть не упал на стол. Вещи полетели по комнате.
— Всё! — заорал он. — Собирай свои чемоданы и катись к чёрту!
— Ах вот как? — я усмехнулась. — Чемоданы я соберу. Но катиться будете вы.
— Попробуй! — прошипел он.
Мы стояли друг против друга, как два бойца на ринге. Я впервые в жизни почувствовала, что могу выкинуть его из своей квартиры и не моргнуть глазом.
Ночь прошла в тишине. Он ушёл спать на диван, я закрыла дверь спальни изнутри. Утром, пока он ещё спал, я аккуратно собрала все его вещи — аккуратно, но быстро. Чемодан, спортивная сумка, пакеты. Вынесла в коридор.
Когда он проснулся и увидел это, глаза его округлились.
— Освобождаю территорию, — спокойно сказала я. — Квартира моя. На выход.
— Тогда я вызову участкового, — я достала телефон.
Он смотрел на меня, как на чужую. Потом схватил сумку и со злостью вышвырнул её в подъезд.
— Ты ещё пожалеешь, Инна! — крикнул он из-за двери.
— Это ты пожалеешь, Гриша, — ответила я и закрыла замок.
Вечером позвонила Валентина Петровна.
— Ты что творишь, ведьма? Моего сына выгнала?
— Ваш сын взрослый, пусть сам за себя отвечает, — спокойно ответила я.
— Я тебя уничтожу, поняла?!
— Попробуйте, — сказала я и повесила трубку.
Я сидела на кухне с бокалом вина и впервые за долгое время почувствовала: у меня есть сила. Я могу выгнать из своей жизни тех, кто считает меня дойной коровой.
После того как Гриша с чемоданом вылетел из моей квартиры, я знала: затишья не будет. И правда, уже через три дня я получила повестку — супруг подал на раздел совместно нажитого имущества. Улыбнуло: совместного-то почти не было. Но явно рука его мамочки приложилась.
Я пришла в суд в строгом костюме, с папкой документов. Гриша явился с Валентиной Петровной, будто она его адвокат. Он сидел бледный, но гордый, а она сияла — как будто вот-вот получит медаль «За хитрость и жадность».
— Уважаемый суд, — начал адвокат с их стороны, — прошу признать за Григорием право на половину бизнеса супруги.
