— Ленка! — раздался его пьяный голос. — Выходи! Я знаю, ты там!
Лена отпрянула от двери, сердце бешено колотилось.
Мать резко встала, взяла со стола тяжёлый чугунный чайник.
— Не бойся. Он не войдёт.
Стук повторился, теперь уже с криками:
— Открывай, сука! Я тебя найду в любом случае!
Лена схватила телефон, дрожащими пальцами набирая «02».
— Милиция? К нам ломится пьяный мужчина…
За дверью вдруг раздался громкий голос соседа:
— Ты чего тут расшумелся, а? Уйди, пока я тебя за шкирку не выкинул!
Игорь что-то пробурчал, потом раздались удаляющиеся шаги.
Лена опустилась на стул, чувствуя, как подкашиваются ноги.
— Мама… что мне делать?
Старуха обняла дочь за плечи.
— Завтра пойдём в милицию. А потом — в суд. Будем бороться.
Лена кивнула, смахивая слёзы. Впервые за долгие годы она поняла — назад дороги нет. Только вперёд.
Три часа ночи. Лена лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к каждому шороху в темноте. Дети спали рядом, их ровное дыхание было единственным успокоением.
На кухне тикали старые часы — каждую секунду она ждала нового стука в дверь.
— Не спишь? — шёпотом спросила мать, поворачиваясь на скрипучем диване.
— Нет. Боюсь, что он вернётся.
Мать вздохнула, зажигая ночник. Жёлтый свет озарил её морщинистое лицо.
— Надо уезжать. Подальше.
— Куда? У меня нет денег…
— У меня есть немного, — мать полезла в тумбочку за старой шкатулкой. — На первое время хватит.
Она высыпала на стол смятые купюры — пенсионные накопления.
Лена сглотнула ком в горле.
— Молчи, — мать резко махнула рукой. — Собирай вещи. Только самое необходимое.
Они тихо будили детей. Артём протирал сонные глаза, а Даша хныкала, не понимая, почему её разбудили среди ночи.
— Тихо, солнышко, — Лена завязывала дочери шарф дрожащими пальцами. — Мы едем в гости.
Мать писала записку соседке:
«Марья, присмотри за квартирой. Уехали ненадолго.»
На улице стояла промозглая осенняя ночь. Лена прижимала к себе Дашу, а мать вела за руку сонного Артёма.
— Куда мы идём? — прошептал мальчик.
— На вокзал, внучек, — ответила мать твёрдо.
Такси ждало в соседнем дворе, как договорились. Водитель — пожилой мужчина с усталыми глазами — молча кивнул, увидев их испуганные лица.
— Да, — Лена усадила детей на заднее сиденье.
Машина тронулась, оставляя позади родной район. Лена смотрела в окно на проплывающие во тьме дома. Где-то там, в одной из квартир, спал человек, который ещё вчера решал её судьбу.
— Мам, — Артём прижался к ней, — а папа нас найдёт?
— Нет, солнышко. Не найдёт.
Вокзал встретил их ярким светом и сонной суетой. Мать сразу пошла к кассам.
— Два билета до Вереи. Детский до десяти лет один.
Лена удивлённо посмотрела на неё.
— Там у меня подруга старая живёт. Держит маленькую гостиницу. Приютит на время.
Пока мать покупала билеты, Лена звонила дяде Коле.
— Правильно, — хрипло ответил старик. — Я тут заявление твоё участковому передал. Он обещал разобраться.
Голос перехватило от спазма в горле.
— Спасибо вам… за всё…
— Да ладно, — дядя Коля кряхтел в трубку. — Ты главное — держись.
