— Знаешь, — сказала я, — я мечтала об этом моменте. Думала, скажу тебе тысячу колкостей. Но теперь… — я пожала плечами, — мне просто все равно.
Людмила Петровна стояла в стороне, мокрая, жалкая.
— Ты довольна? — крикнула она. — Разрушила семью!
Я открыла зонт и сделала шаг вперед:
— Нет, Людмила Петровна. Это вы разрушили. Когда решили, что чужая квартира важнее сыновнего счастья.
Я ушла под дождем, не оглядываясь. Впервые за долгое время чувствуя, что дышу полной грудью.
