Я всегда считала, что мне повезло. У меня была уютная двушка в спальном районе, стабильная работа и муж, который, казалось, любил меня. Мы познакомились с Максимом на свадьбе общих друзей — он тогда улыбался так искренне, что я сразу ему поверила. Через год мы расписались.
Квартиру я купила еще до свадьбы, вложив в нее все свои savings и небольшую помощь родителей. Максим тогда даже обрадовался:
— Ну и отлично! Значит, нам не придется снимать жилье.
Я не придала значения его словам. Тогда все казалось правильным.
Но тревожные звоночки начались почти сразу. Его мать, Людмила Петровна, в первый же визит осмотрела мою квартиру оценивающим взглядом и сказала:
— Тебе повезло, дорогая. Хорошая жилплощадь. Хотя ремонт, конечно, слабоват…
Я промолчала, но внутри что-то ёкнуло.
Максим работал менеджером в небольшой фирме, зарплата у него была скромная, но я не требовала от него вложений в квартиру. Мне хватало своих денег. Однако со временем он начал ворчать:
— Почему ты не хочешь вписать меня в собственность? Мы же семья!
— Зачем? Ты и так здесь живешь.
Но он не отступал. А потом подключилась свекровь.
— Алина, ты что, не доверяешь мужу? — как-то спросила она за семейным ужином. — Нормальные жены всегда оформляют жилье на двоих.
Я натянуто улыбнулась:
— У нас всё нормально, Людмила Петровна.
Но в тот вечер я впервые задумалась: а точно ли мне повезло?
Через пару месяцев Максим стал задерживаться на работе. Сначала на час, потом до полуночи. На мои вопросы отмахивался:
— Дела, ты не поймешь.
А однажды я нашла в его куртке чужой парфюм. Легкий, цветочный, явно не мужской.
— Это что? — спросила я, держа перед ним чужой шарфик, который выпал из его сумки.
— Ты что, следишь за мной?
— Нет, просто вещи чужих женщин в нашем доме не планировались.
Он резко развернулся и хлопнул дверью.
А на следующий день пришла Людмила Петровна.
— Ты разрушаешь семью, — сказала она без предисловий. — Максим несчастен.
— Это он принес в наш дом измену.
— Мужчины так устроены, — вздохнула она. — Но если ты его потеряешь, квартиру он у тебя все равно заберет.
— Ты же умная девочка. Думай.
И тогда я поняла: это война.
Тот разговор со свекровью не давал мне покоя. Я перебирала в голове каждое ее слово, пытаясь понять — это просто угроза или они уже что-то задумали?
На следующее утро Максим вернулся домой под утро. От него пахло алкоголем и чужим парфюмом.
— Где ты был? — спросила я, блокируя ему путь в ванную.
Он попытался обойти меня:
— Отстань, Алина. Не детский сад.
— Ты живешь в моей квартире, — голос мой дрожал. — Хочешь чтобы я тебе напомнила, кто здесь платит за коммуналку?
Его лицо исказилось от злости:
— Ты что, мне счет выставляешь? Я твой муж!
— Муж не приходит домой в пять утра с чужими духами!
Он резко толкнул меня плечом, проходя в ванную. Дверь захлопнулась с таким грохотом, что я вздрогнула.
В тот день я впервые задумалась о разводе.
Вечером, пока Максим спал, я осторожно взяла его телефон. Пароль он не поменял — всегда был слишком уверен в себе.
