Денис достал телефон и показал фото. Сергей обнимал молодую женщину. На заднем плане виднелась табличка «Барселона». Фото было датировано 2005 годом.
— Его испанская любовница, — усмехнулся Денис. — Вернее, вдова. Они не разводились, когда женился на тебе. Так что ваш брак… ну, ты поняла.
Я задохнулась. В ушах застучало. Всё плыло перед глазами.
— Мама! — Алина бросилась ко мне, но я отшатнулась.
— Ты… ты знала? — прошептала я.
Она молчала. Этого было достаточно.
Я выбежала во двор. Ноги подкашивались, но я бежала, пока не оказалась у старого гаража, где мы с Сергеем хранили вещи. Заперлась изнутри, трясущимися руками достала телефон.
Один номер. Последняя надежда. Адвокат Марины.
— Алло, — ответил мужской голос. — Кто говорит?
— Мне… мне нужна помощь, — я сглотнула ком в горле. — Я готова бороться. До конца.
Холод бетонного пола гаража проникал сквозь тонкую ткань брюк. Я сидела, прижавшись спиной к старому верстаку Сергея, телефон прижат к уху так сильно, что кость щеки ныла. На другом конце провода — тишина, а потом:
— Лариса Сергеевна? — Голос адвоката, Матвея Борисовича, был спокойным, как поверхность глубокого озера. — Марина мне всё рассказала. Где вы сейчас?
— В гараже… своего дома, — прошептала я, и голос сорвался. — Вернее, того, что раньше было моим домом.
— Вы в безопасности? — Вопрос был резким, деловым.
Я оглянулась на запертую изнутри ржавую дверь. За ней — двор, а за двором — кухня, где меня ждали те, кто разбил мою жизнь вдребезги.
— Пока да. Но ненадолго.
— Хорошо. Слушайте внимательно, — зашелестели бумаги на том конце. — Первое: не подписывайте ничего. Ни единой бумажки. Второе: соберите все документы, которые можете найти. Особенно старые, связанные с покупкой квартиры, вложениями, даже квитанции за ремонт. Третье: если есть возможность, сделайте фотокопии завещания, которое вам дала дочь. Или скан.
Я кивнула, будто он мог видеть.
— Я… я попробую. Но они следят за мной.
— Понимаю. Ваша задача — продержаться до завтра. Утром, в десять, будьте у моего офиса. — Он продиктовал адрес. — Приносите всё, что найдете. И главное — никаких разговоров по душам с дочерью или свекровью. Они не ваши союзники. Это враги в юридическом поле. Запомнили?
— Враги… — повторила я, и это слово, такое чужеродное для описания собственной дочери, обожгло горло. — Да. Запомнила.
— Держитесь, Лариса Сергеевна. Завтра начнём войну. — Он положил трубку.
Тишина гаража снова сомкнулась вокруг, но теперь она была другой. Не безнадёжной пустотой, а напряжённым ожиданием перед боем. Я поднялась, отряхнула одежду. В углу, под пыльным брезентом, стоял старый сейф Сергея. Ключ от него… Ключ от него всегда висел на связке у него. Но я знала, где он хранил запасной.
