— Тогда живи дальше так же, — Ольга пожала плечами. — Отказывай себе во всем, копи на ремонт, который так и не начнется. Потому что у свекрови всегда будут срочные нужды.
Вера кусала губу. Права Ольга или нет? Может, действительно Светлане Павловне нужны эти деньги? Может, она действительно еле концы с концами сводит?
Но шестьдесят две тысячи за полгода — это слишком много для человека, который просто нуждается в небольшой помощи.
Вечером Вера решилась. Когда Юрий пришел с работы, она сказала:
— Я хочу съездить к твоей маме. Поговорить.
— О деньгах. О том, что происходит.
— Вера, не надо. Не лезь.
— Почему не надо? Это касается нашей семьи, наших денег. Я имею право знать.
— Она тебе ничего не скажет. Только обидится.
— Пусть обижается, — Вера взяла сумку. — Я еду.
— Подожди, я с тобой.
— Нет. Мне нужно поговорить с ней наедине.
Юрий хотел что-то сказать, но промолчал. Вера вышла из квартиры, спустилась к машине. До дома свекрови ехать минут двадцать, но она специально выбрала окружную дорогу — нужно было собраться с мыслями.
Светлана Павловна жила в спальном районе, в старой пятиэтажке. Квартира двухкомнатная, всегда чистая и прибранная. Свекровь следила за порядком фанатично — даже ковры на стенах висели, как в советские времена.
Вера поднялась на третий этаж, позвонила в дверь. Открыла Светлана Павловна быстро, видимо, смотрела в глазок.
— Вера? — Удивление в голосе было наигранным. — Что-то случилось?
Они прошли на кухню. Светлана Павловна жестом предложила сесть за стол, сама осталась стоять у окна. Поза защитная, руки скрещены на груди.
— Светлана Павловна, Юра переводит вам деньги, — начала Вера. — Много и часто. За полгода набралось больше шестидесяти тысяч.
— Мы копим на ремонт. Планировали начать в этом месяце, но теперь не хватает как раз той суммы, что ушла к вам.
— Юра мой сын, — свекровь выпрямилась. — Он сам решает, помогать мне или нет. Ты тут вообще при чем?
— При том, что это наши общие деньги. Семейные.
— Семейные, — Светлана Павловна усмехнулась. — А я что, не семья? Я его родила, вырастила. Одна двоих детей подняла, когда муж бросил. Работала на двух работах, себе ни в чем не позволяла. И теперь, когда мне нужна помощь, я не имею права попросить у сына?
— Имеете, — Вера старалась говорить спокойно. — Но мы тоже имеем право знать, на что идут наши деньги. И планировать свою жизнь.
— Ваша жизнь, — свекровь подошла ближе, оперлась руками о спинку стула. — Ваш ремонт. А я уже старая, мне скоро шестьдесят. Мне уже не до ремонтов, мне нужна поддержка.
— Светлана Павловна, у вас хорошая пенсия. Двадцать восемь тысяч. Своя квартира. Вы не бедствуете.
Лицо свекрови изменилось. Стало холодным, жестким.
— Ты приехала проверять, на что я трачу деньги? — голос ее стал тихим, опасным. — Считать мои расходы?
— Я приехала понять, почему мой муж отдает вам деньги, которые мы копили на нашу совместную цель.
