— Мать подарила тебе краденое, — отрезала Марина. — Оставь. Или поедешь в отделение прямо сейчас. Я вызвала наряд десять минут назад. Сказала, что в квартире посторонние отказываются уходить.
Упоминание наряда подействовало магически. Галина Петровна чудесным образом исцелилась от инфаркта и начала с бешеной скоростью запихивать в пакеты все, что попадалось под руку: полотенца, тапочки, недоеденную колбасу со стола.
— Не трожь продукты! — рявкнула Марина. — Вон отсюда! Все вон!
Через пять минут они стояли на лестничной клетке. Куча сумок, пакетов, коробки. Сергей в одной кроссовке (вторую не нашел), Галина Петровна в пальто нараспашку, зареванная Лена.
— Мы еще встретимся в суде! — крикнул Сергей, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Я отсужу у тебя половину имущества!
— У нас брачный договор, идиот, — спокойно напомнила Марина и захлопнула дверь.
Щелчок замка прозвучал как выстрел. Финальный выстрел в войне, которая длилась три года.
Марина прислонилась спиной к двери и сползла на пол. Ноги не держали. Адреналин отхлынул, оставив после себя пустоту и дрожь.
В тишине квартиры было слышно, как гудит холодильник.
Она сидела на полу в прихожей, среди разбросанной обуви, и слушала эту тишину. Никто не бубнил телевизором. Никто не орал. Никто не требовал подать, принести, убрать.
В дверь начали колотить.
— Марина! Открой! Ключи от машины! Я ключи на комоде оставил! — голос Сергея звучал истерично.
Марина встала. Подошла к комоду. Ключи от его старого «Форда» действительно лежали там. Она взяла их, прошла на кухню, открыла окно. Третий этаж. Внизу, под окнами, густо росли кусты шиповника и крапивы, которые никто никогда не стриг.
— Лови! — крикнула она в темноту двора.
Снизу раздался вопль Сергея, потом звук падающих ключей где-то в зарослях, потом отборный мат.
Марина закрыла окно и опустила жалюзи.
Теперь уборка. Это было важно. Это был ритуал очищения.
Она включила музыку. «Rammstein». Громко. Так, чтобы басы вибрировали в полу. Сергей ненавидел эту группу.
Она взяла большой черный мешок для мусора. Смахнула туда все, что осталось на столе: недоеденного гуся, салаты, надкушенные пироги. Еда была осквернена их присутствием.
Потом пошла по квартире. Постельное белье, на котором спала свекровь — в мусор. Подушки — в мусор. Тапочки, халат, забытая зубная щетка Сергея, его бритва — все летело в черный зев пакета.
Когда квартира была зачищена, Марина открыла окна нараспашку, впуская морозный декабрьский воздух. Пусть выветрится этот запах дешевых духов и лжи.
Она достала серьги из салата, помыла их под краном. Положила в коробку рядом с чеком. Завтра сдаст. И ноутбук сдаст (упаковка была вскрыта, но она договорилась с менеджером за небольшой дисконт, объяснив ситуацию — женщины часто солидарны в таких вопросах).
Телефон пиликнул. СМС от банка.
«Зачисление: 15 000 руб.»
Это пришел аванс с работы. Мало, конечно. До двухсот тысяч далеко. Но это были ее деньги. Никто не покушался на них.
В дверь позвонили. На этот раз вежливо.
