Аукционист обвел зал взглядом.
— Семьдесят миллионов — раз. Семьдесят миллионов — два…
В зале повисла тишина. Изольда Марковна закрыла лицо руками. Игорь сидел бледный, как мертвец. Это был конец. Крах.
Лена глубоко вдохнула. Настал её момент. Она подняла табличку с номером 13.
Её голос прозвучал спокойно и уверенно, но в акустике зала он произвел эффект разорвавшейся бомбы. Сто миллионов! Это было значительно выше рыночной цены с учетом состояния дома.
Все головы повернулись к ней. Люди щурились, пытаясь разглядеть таинственную покупательницу в широкополой шляпе. Игорь тоже обернулся. Он смотрел прямо на неё, но не узнавал. Он видел лишь элегантную женщину в дорогом костюме, окутанную аурой власти.
Лицо Изольды Марковны преобразилось мгновенно. Из убитой горем старухи она превратилась в хищницу, почуявшую добычу. Сто миллионов! Это спасение! Это значит, что после уплаты долгов у них останется еще миллионов пятнадцать-двадцать. Можно купить квартиру, можно снова жить!
Она толкнула сына в бок, радостно шепча ему что-то. Они уже праздновали победу. Они уже мысленно тратили Ленины деньги.
— Сто миллионов от дамы в тринадцатом ряду. Кто больше? — аукционист оживился.
Застройщик усмехнулся и покачал головой, опуская свою табличку.
— Сто миллионов — раз. Сто миллионов — два. Сто миллионов — три! Продано!
Удар молотка поставил точку в прошлой жизни Воронцовых. Лена опустила табличку. Губы её тронула едва заметная, жесткая улыбка.
Она знала то, чего не знали они. Неделю назад её финансовые консультанты выкупили права требования по всем долгам Воронцовых. Она стала их единственным кредитором. Согласно хитро составленному договору, все средства от продажи залогового имущества (дома) автоматически перечислялись на счета кредитора для погашения не только основного долга, но и гигантских пеней, которые набежали за эти годы.
Проще говоря, она только что купила дом сама у себя, переложив деньги из левого кармана в правый. А Воронцовы не получат ни копейки. Более того, они останутся должны.
Лена встала. Пора было выходить из тени. Она поправила жакет и уверенной походкой направилась к выходу, проходя мимо первого ряда.
— Поздравляю с продажей, — бросила она на ходу, чуть замедлив шаг возле Изольды.
Старуха подняла на неё сияющие глаза.
— Благодарю вас! Вы совершили выгодную сделку, это фамильное…
Изольда осеклась. Она встретилась взглядом с покупательницей. Лена чуть приподняла край шляпы. Холодные серые глаза смотрели с насмешкой и ледяным спокойствием.
Улыбка сползла с лица свекрови, уступая место смутному, еще неосознанному узнаванию. Запах. Эти духи… Горькая полынь. Игорь тоже замер, уловив знакомый аромат.
— Лена? — одними губами прошептал он, не веря своим глазам.
Но Лена уже прошла мимо, оставив за собой лишь шлейф дорогого парфюма и ощущение надвигающейся бури. Аукцион был лишь прелюдией. Настоящее представление начиналось завтра, когда она придет вступать в права владения.
