На следующее утро Анна приехала в офис раньше обычного. Её кабинет на верхнем этаже небоскрёба был оформлен без лишней вычурности: дерево, стекло, сдержанные тона. Никаких кричащих золотых рам и тяжёлых портьер — всего этого ей было более чем достаточно в доме Волковых.
Она специально развернула своё кресло спиной к двери, чтобы сначала услышать голос.
Ровно в девять раздался неровный, несмелый стук.
— Войдите, — сказала Анна, глядя на отражение в тёмном стекле окна.
Дверь скрипнула. Послышались шаркающие шаги и тяжёлое дыхание, будто человеку было трудно преодолеть эти несколько метров.
— Д… доброе утро, — раздался знакомый, но словно сломанный временем голос. — Я по поводу вакансии… Мне сказали… прийти к девяти.
У Анны по спине пробежал ледяной мурашки. Она медленно развернула кресло.
Перед ней стояла не та безупречная «королева», которую Анна помнила в роскошных халатах и украшениях. Перед ней была старая, усталая женщина. Сгорбленная спина, дешёвое, давно вышедшее из моды пальто, перетянутое в талии потускневшим поясом. На ногах — стоптанные сапоги. Лицо, когда-то холёное, превратилось в сеть глубоких морщин. Щёки обвисли, губы подрагивали. Лишь глаза остались теми же — светлыми, чуть холодноватыми, только сейчас в них жила не уверенность, а страх.
Маргарита Павловна не узнала её. Для неё Анна была девочкой в дешёвом платье, плачущей у дверей элитного дома. Сейчас перед ней сидела солидная женщина в дорогом, но сдержанном костюме, с уверенной осанкой и строгой причёской.
— Присаживайтесь, — спокойно сказала Анна, кивнув на стул напротив стола.
Маргарита села на краешек, сжимая в руках старую тёмную сумку. Пальцы у неё были узловатыми, в красных пятнах, с неровными ногтями, как у человека, который годами работал руками в холоде и воде.
— Расскажите о себе, — Анна листала папку с анкетой, хотя уже знала каждую строчку наизусть. — Опыт работы?
— Я… раньше вела дом, — голос Маргариты дрогнул. — Большой дом. Всё на мне было: прислуга, заказы, столы, бельё, серебро. Я знаю, как ухаживать за дорогими вещами. Я… знаю, что такое уровень. Потом… жизнь повернулась… по‑другому. Приходилось работать, где придётся: то сиделкой, то ночной уборщицей в магазине. Но я не боюсь работы. Мне деньги очень нужны.
— Вы живёте одна? — ровным тоном спросила Анна.
— С сыном, — женщина резко отвела взгляд. — Он… после неудачных дел слёг. Нервы, давление, сердце. Работать не может, а лечить его надо. Мы в комнате живём, в коммунальной квартире. Денег… совсем нет.
Слово «сын» звенело в воздухе, как напоминание о том, сколько всего осталось несказанным. Анна почувствовала, как в груди шевельнулась старая боль, но тут же придавила её привычной жёсткостью.
— Здесь указан ваш возраст и то, что вы согласны на минимальную ставку, без проживания, — Анна постучала пальцем по анкете. — Вы понимаете, что работа тяжёлая? Это не сидеть в кресле и не раздавать указания.
