— Может, конечно, там ничего такого, — быстро добавила Марина. — Всякое бывает. Коллега, племянник… Но Оксана сказала, что они целовались. В губы. А мальчик называл его папой.
Остаток дня прошёл словно сквозь мутное стекло. Виктория встретилась с заказчиком, обсудила будущий дизайн кафе и получила предоплату — тридцать тысяч гривен наличными. Конверт с деньгами лежал в сумке тяжёлым, ощутимым грузом. Потом она долго ходила по торговому центру, заходила в магазины, останавливалась у витрин, но почти ничего вокруг не замечала. В голове стучала одна и та же мысль: у Максима есть другая женщина. И ребёнок.
Домой она вернулась ближе к пяти. Поднималась по лестнице медленно, будто перед каждой ступенькой собиралась с силами. Уже у двери почувствовала запах выпечки. Значит, Наталья Павловна приехала и, как всегда, мгновенно решила, что теперь хозяйка здесь она.
— А, невестка объявилась, — свекровь встретила её прямо в прихожей, вытирая руки о фартук. — Нагулялась? Пока я тут убирала, готовила и пыталась привести в порядок ваш вечный бардак?
— Добрый вечер, Наталья Павловна, — ровно произнесла Виктория, сняла туфли и прошла дальше.
Максим сидел на кухне и что-то листал в телефоне. Он поднял глаза, посмотрел на неё без тепла и коротко кивнул.
— Ну как, удачная у тебя была встреча? — спросил он с явной издёвкой в голосе.
— Да. Мне выдали предоплату.
— Конечно, — хмыкнул он. — И сколько же?
— Тридцать тысяч гривен.
Наталья Павловна, стоявшая у плиты, сразу обернулась. Любопытство на её лице было почти жадным.
— Тридцать тысяч? За что это такие деньги?
— За дизайн-проект кафе, — Виктория достала из сумки конверт и положила его на стол. — Вот.
Максим взял конверт, вынул купюры и начал пересчитывать. Сначала на его лице мелькнуло неподдельное удивление, но почти сразу его сменило раздражение.
— Ладно, — сказал он, протягивая деньги обратно. — Положишь в общую копилку.
— Нет, — Виктория забрала конверт и убрала его в сумку. — Это мой гонорар. Я оставлю его на свои нужды.
— Какие ещё личные нужды? — Максим резко поднялся и с силой ударил ладонью по столешнице. — Мы вообще-то семья! Всё, что зарабатывается, должно быть общим!
— Тогда объясни мне одну вещь, — Виктория не отвела взгляда и посмотрела ему прямо в лицо. — Сколько денег ты в прошлом месяце отправил на карту Кристины?
В кухне мгновенно стало тихо. Максим побледнел так, будто с него разом сошла вся кровь. Наталья Павловна застыла возле раковины с тарелкой в руках.
— Ты откуда… — начал он, но голос сорвался.
— Сто двадцать тысяч, — произнесла Виктория уже спокойнее, хотя внутри у неё всё будто покрылось льдом. — В январе было восемьдесят. В декабре — сто пять. Я подняла выписки по нашему совместному счёту, Максим. Ты правда решил, что я никогда туда не заглядываю? Каждый месяц ты отправляешь крупные суммы какой-то Кристине. А подписи к переводам очень красноречивые: «на сына», «Артёму на питание», «Кристине на продукты». Выходит, у тебя там не просто роман, а полноценная вторая семья.
