«Когда ей захочется» на практике означало почти каждый месяц. Наталья Павловна появлялась в их квартире, придирчиво осматривала углы, заглядывала в холодильник, разбирала, что Виктория приготовила не так, и щедро раздавала «ценные советы» о том, как следует быть правильной женой. После каждого её визита Максим становился особенно невыносимым, потому что мать неизменно внушала ему одно и то же: «Ты слишком мягкий с ней, сынок. Женщине нужна твёрдая рука».
Виктория выключила плиту и убрала сковороду с огня. Еда была готова.
Виктория без лишних слов достала тарелки, поставила их на стол, разложила вилки и ножи. Максим к тому времени уже осушил первую бутылку пива и, не торопясь, открыл следующую.
— Я не шучу, — снова заговорил он, будто продолжал давить на одну и ту же кнопку. — Завтра к обеду в доме должен быть полный порядок. Так, чтобы мама не нашла ни одной причины для замечаний.
— А если я физически не успею? — Виктория опустилась на стул напротив него. — У меня назначена встреча с десяти до часу. Это серьёзный заказ, Максим. За него обещали шестьдесят тысяч гривен.
Он криво усмехнулся, даже не пытаясь скрыть насмешку.
— Да ладно тебе. Кому ты нужна за такие деньги? Ты три года дома просидела и ничем толком не занималась.
Вот оно снова. Привычное обесценивание, сказанное так легко, будто между делом. Ещё один камень в той стене, которая всё выше поднималась между ними. Виктория промолчала. Просто взяла вилку и начала есть. Курица вышла чуть пересушенной, но она механически жевала, глядя не на мужа, а в тёмное окно, за которым скользили по улице огни автомобилей.
Ночью сон так и не пришёл. Она лежала на спине, смотрела в потолок и снова прокручивала в голове завтрашний день. Наталья Павловна явится с чемоданом, без сомнений займёт их спальню, а им с Максимом придётся перебраться в гостиную на неудобную раскладушку. Свекровь будет наставлять её, как жить, как готовить, как разговаривать с мужем, как дышать. А Максим, как всегда, станет согласно кивать матери, словно напрочь забыв, что рядом с ним не прислуга, а жена.
Утром Виктория поднялась ровно в семь. Приняла душ, тщательно уложила волосы и достала из шкафа деловой костюм, который не надевала уже очень давно. Перед зеркалом она задержалась на несколько секунд. Лицо стало слишком худым, под глазами залегли тени, но взгляд был совсем другим — собранным, твёрдым, почти холодным. Она положила в сумку телефон, документы и папку с материалами.
— Ты куда собралась? — Максим появился в дверях спальни, заспанный, с растрёпанными волосами.
— Я же вчера сказала. На встречу.
— Виктория…
— Буду вечером, — спокойно ответила она и вышла, заперев за собой дверь.
В лифте она сразу достала телефон и открыла переписку с тётей Мариной. Написала коротко: «Можно сегодня к тебе заехать? Нужно поговорить». Ответ пришёл почти сразу: «Конечно, родная. Приезжай, я дома».
