Михаил сдерживался изо всех сил, чтобы не нагрубить в ответ. Он видел, как Алина старается не создавать проблем, как она сжимается каждый раз, когда Лариса входит в комнату.
Однажды вечером, когда Лариса задержалась на работе, они с дочерью смогли нормально поговорить. Алина приготовила ужин — простую, но вкусную пасту с соусом, и накрыла на стол.
«Как у тебя дела с Димой?» — осторожно спросил Михаил. «Вы пытались помириться?»
Алина покачала головой, и ее глаза наполнились слезами:
«Нет, пап. Это окончательно. Он… он встречается с другой. Собственно, поэтому мы и расстались. Я застала их вместе…»
«Мне жаль, доченька», — Михаил неловко обнял ее, не зная, как утешить.
«Знаешь, что самое обидное?» — горько усмехнулась Алина. «Это не просто какая-то девушка. Это моя бывшая подруга, Света. Мы с ней вместе учились».
Михаил замер от такого предательства.
«Прости меня, Алина. Я должен был быть рядом с тобой все эти годы. Может, тогда бы…»
«Не надо, пап», — Алина мягко прервала его. «Ты не виноват. Я давно не ребенок».
«Все нормально. Я уже почти нашла комнату. С девочками из университета будем снимать квартиру на троих».
«Не торопись, Алин. Ты можешь жить здесь, сколько потребуется», — сказал Михаил, хотя в глубине души понимал, что это невозможно.
«Пап, я же вижу, как Ларисе неприятно мое присутствие. Не хочу быть причиной ваших ссор», — Алина говорила спокойно, но в ее глазах читалась боль.
Михаил хотел возразить, но в этот момент хлопнула входная дверь — вернулась Лариса. Алина тут же поднялась и ушла в свою комнату, словно спасаясь бегством.
«О чем вы тут шептались?» — спросила Лариса, входя на кухню и бросая сумку на стул.
«Просто разговаривали. Алина нашла комнату, скоро съедет», — сказал Михаил, пытаясь избежать очередного скандала.
«Наконец-то», — не скрывая облегчения, выдохнула Лариса. «А то я уже начала думать, что она тут навечно».
В субботу утром, когда Алина ушла на встречу с потенциальными соседками по квартире, Михаил решил серьезно поговорить с женой.
«Лара, нам нужно обсудить ситуацию», — начал он, когда они завтракали на кухне. Лариса намазывала тост джемом, стараясь не встречаться с ним взглядом.
«Какую еще ситуацию? С твоей дочерью? По-моему, все решается — она скоро съедет», — ее голос звучал равнодушно, словно речь шла о какой-то малозначимой проблеме.
«Дело не только в этом. Меня беспокоит твое отношение к Алине и… к моему прошлому в целом», — Михаил отложил вилку, собираясь с мыслями.
Лариса резко отложила нож и посмотрела на мужа, ее глаза сузились:
«А что не так с моим отношением? Я терплю твою дочь в нашем доме. Я не устраиваю сцен. Чего еще ты хочешь?»
«Терпишь? Лара, это моя дочь! Я не хочу, чтобы ты ее терпела. Я хочу, чтобы ты приняла ее как часть моей жизни», — Михаил говорил тихо, но твердо, глядя жене прямо в глаза.
