Дядя Коля вернулся с балкона, принеся с собой запах сигарет и осенней сырости. Он посмотрел на жену, потом на Ваню и Свету, и неожиданно сказал:
— Галя, они правы. Мы перегнули.
Тётя Галя уставилась на мужа, словно он предал её на поле боя.
— Коля, ты о чём? — возмутилась она. — Мы же родня! Приехали в гости, а нас тут…
— А нас тут никто не звал, — перебил её дядя Коля, и его голос, обычно тихий и покорный, звучал на удивление твёрдо. — Ваня, Света, простите нас. Мы не подумали.
Света моргнула, не веря своим ушам. Дядя Коля, который за все годы их знакомства редко говорил больше двух слов подряд, вдруг выступил миротворцем?
— Спасибо, дядь Коль, — тихо сказала она, чувствуя, как напряжение в груди немного отпускает.
Ваня кивнул, его лицо смягчилось, но он всё ещё держался настороже.
— Давайте так, — сказал он, глядя на тётю Галю и Лену. — Сегодня вы остаётесь, но завтра утром уезжаете. И в следующий раз, если захотите приехать, предупреждайте заранее. А сейчас я закажу еду, и мы все поужинаем спокойно. Без упрёков.
Тётя Галя поджала губы, явно собираясь возразить, но дядя Коля положил руку ей на плечо.
— Галь, хватит, — сказал он. — Слышала, что Ваня сказал?
Она фыркнула, но кивнула, отворачиваясь к окну. Лена пожала плечами и снова уткнулась в телефон. Света посмотрела на Ваню, и в его взгляде она увидела то, чего так долго ждала — решимость защищать их семью, их дом, их границы.
Ужин прошёл в непривычной тишине. Пицца, которую заказал Ваня, пахла сыром и базиликом, но Света едва притронулась к своему куску — аппетита не было. Она сидела, укутавшись в плед, и наблюдала, как родственники едят, избегая смотреть друг на друга. Тётя Галя то и дело бросала на неё косые взгляды, но молчала. Дядя Коля сосредоточенно жевал, а Лена, как всегда, листала телефон. Ваня сидел рядом со Светой, и его рука под столом нашла её ладонь, сжав её тёплыми пальцами.
После ужина Света ушла в спальню, оставив Ваню разбираться с гостями. Она слышала, как он стелет им на диване, как тётя Галя что-то бурчит про «неудобные подушки», но всё это было где-то далеко, будто в другом мире. Она легла, закрыла глаза и попыталась представить, что завтра всё закончится. Гости уедут, и их дом снова станет их.
Но в глубине души она знала: одного разговора мало. Ваня сделал шаг вперёд, но сможет ли он держать слово? И как быть с его роднёй, которая привыкла считать их квартиру своей?
Утро следующего дня выдалось хмурым. За окном моросил дождь, тополя качались под ветром, а в квартире пахло кофе и подгоревшими блинами — тётя Галя, несмотря на вчерашний разговор, снова взялась за готовку. Света, чувствуя себя чуть лучше после таблеток, вышла на кухню и застыла. На столе стояла миска с чем-то, что напоминало оладьи, но больше походило на угольки.
— Доброе утро, — тётя Галя обернулась, держа в руках сковороду. — Решила вас побаловать.
Света сглотнула, не зная, что сказать. Ей хотелось крикнуть: «Хватит хозяйничать на моей кухне!», но вместо этого она выдавила:
