— Спасибо, тёть Галь. Но я, наверное, просто чай попью.
Ваня вошёл в кухню, его волосы были ещё влажными после душа. Он посмотрел на стол, потом на Свету, и его брови поползли вверх.
— Тёть Галь, — сказал он, стараясь говорить спокойно, — мы же договорились. Вы уезжаете после завтрака.
— Да-да, конечно, — тётя Галя махнула рукой, но в её голосе чувствовалась обида. — Уже собираемся.
Лена, сидевшая за столом, хмыкнула.
— Ну и ладно, — сказала она, не отрываясь от телефона. — А то я уже устала от этой возни.
Дядя Коля молчал, но его взгляд был красноречивее слов — он явно хотел поскорее уехать.
Когда родственники наконец собрали вещи и вышли к такси, Света почувствовала, как будто гора с плеч свалилась. Она стояла у окна, глядя, как тётя Галя, бурча что-то, забирается в машину. Дядя Коля пожал Ване руку, Лена помахала на прощание, и такси укатило под дождём, оставив за собой только лужи на асфальте.
— Ну вот, — Ваня повернулся к Свете, его лицо было усталым, но спокойным. — Они уехали.
— Надолго ли? — тихо спросила она, не отрывая взгляда от окна.
— Надолго, — твёрдо сказал он. — Я серьёзно, Свет. Я поговорил с ними вчера вечером, после того как ты легла. Сказал, что больше таких сюрпризов не будет. И что если они хотят приезжать, то только с нашего согласия.
Света посмотрела на него, пытаясь понять, верит ли она ему.
— А если они снова приедут? — спросила она. — Или твоя мама решит, что ей тоже надо в гости?
Ваня вздохнул, сел за стол и потёр виски.
— Я знаю, что был неправ, — сказал он. — Я слишком долго позволял всем лезть в нашу жизнь. Думал, что так и надо — родня же. Но ты права, Свет. Это наш дом. И я не хочу, чтобы ты чувствовала себя в нём чужой.
Она молчала, чувствуя, как внутри борются обида и надежда.
— Я хочу верить тебе, — наконец сказала она. — Но мне нужно, чтобы ты это доказал. Не словами, а делами.
— Докажу, — кивнул он. — Для начала я сам буду заниматься гостями. Если кто-то захочет приехать, я беру это на себя. А ты просто отдыхай и поправляйся.
Света слабо улыбнулась. Ей всё ещё было плохо, но слова Вани, его серьёзный тон, его взгляд — всё это давало надежду, что их жизнь может измениться.
Прошла неделя. Света выздоровела, хотя кашель ещё напоминал о себе по утрам. Квартира снова стала их — тихой, уютной, с запахом кофе и чистого белья. Ваня, как и обещал, взял на себя больше дел: готовил завтраки, мыл посуду, даже сходил в аптеку за сиропом, когда Света попросила. Это были мелочи, но для неё они значили многое.
Однажды вечером, когда они сидели на диване, укрывшись одним пледом, Ваня вдруг сказал:
— Знаешь, я думал о том, что ты сказала. Про наш дом. И понял, что ты права — это не гостиница. Это наше место. И я хочу, чтобы ты всегда чувствовала себя здесь хозяйкой.
Света посмотрела на него, её глаза блестели в свете лампы.
— А если твоя тётя Галя снова решит приехать? — спросила она, полушутя.
— Тогда я скажу, что у нас заняты все номера, — усмехнулся он. — И предложу встретиться в кафе.
