А Мария Владимировна сердито что-то нашёптывала Сергею в гостиной, а он кивал, но было видно — не особо её и слушал. С момента свадьбы у него был только один авторитет — жена. И его душа была, можно сказать, в творческом отпуске. Хотя, наверное, мысленно он уже переезжал к другу Славику. Славик, в отличие от него, спокойно себе пил пиво и играл в танчики, не ведая семейных бурь. К его счастью, он был холост и не имел жены-диктатора.
А Кристина, уже наведя порядок и указав свекрови её место, присела на стул и с самым милым видом протянула маме и Марии Владимировне чай. Исчерпав инцидент, она изо всех сил изображала радушную хозяйку.
Мария Владимировна, хлебнув чаю, отлучилась ненадолго по своим нуждам.
— Вот видишь, мама, ты думала, я тихая, а я — стратег, — шепнула Кристина матери на ухо, подмигнув. — Просто раньше в агрессии нужды не было.
Ольга Петровна тяжело вздохнула и отпила чай. Потом посмотрела на дочь долгим, внимательным взглядом.
— Надо же… А я всегда думала, что ты у меня мягкая. А ты прямо терминатор! — она повернулась к зятю. — Серёжа, как ты её только терпишь, бедный мальчик?
— А я её просто люблю, — неожиданно твёрдо ответил Сергей, впервые за вечер улыбнувшись.
— Ну, конечно… Ещё бы ответил по-другому! — хмыкнула Ольга Петровна. — Последствия были бы у тебя словно ночной кошмар.
И она впервые за этот вечер искренне рассмеялась, вдруг осознав, что, возможно, её тихая дочь нашла идеальный способ выживания в джунглях семейных отношений.
