— Девочка моя, да что такого? — вмешалась она. — Это же нормально, обсудить с семьёй! Артём правильно сделал, что поделился. А то вы там на придумываете, а я потом буду разбираться, если вы разводиться вздумаете!
— Разводиться? — Настя почти кричала. — Кто вообще сказал про развод?
Она повернулась к Артёму, ожидая объяснений, но он выглядел таким потерянным, что ей стало ещё хуже.
— Насть, я просто упомянул, — начал он. — Мама позвонила, спросила, как дела, и я…
— И ты решил, что это её дело? — перебила она. — Это наш разговор, Артём. Наш. Не её, не твоей подруги-юриста, а наш!
Светлана Ивановна всплеснула руками.
— Да что ты так завелась, Настя? — сказала она. — Я же помочь хочу! У вас молодая семья, а такие вещи, как имущество, надо заранее решать. Вот у нас с отцом Артёма…
— Не надо про отца Артёма! — резко оборвала её Настя. — Я знаю, что с ним было. И именно поэтому я хочу, чтобы всё было по-честному!
В комнате повисла тишина. Светлана Ивановна смотрела на неё, открыв рот, Артём — на пол, а Настя чувствовала, как слёзы жгут глаза. Она схватила пакет с продуктами и пошла в спальню, хлопнув дверью.
В спальне она бросила пакет на кровать и рухнула рядом, закрыв лицо руками. Всё рушилось. Она хотела просто защитить себя, а вместо этого всё только усложнила. Артём молчал о своих страхах, она — о своих, а теперь ещё и свекровь влезла в их жизнь со своими «советами». И самое обидное — он сам её впустил.
Через полчаса в дверь тихо постучали. Настя не ответила, но Артём всё равно вошёл.
— Насть, — начал он, садясь на край кровати. — Прости. Я не думал, что она так всё повернёт.
— Ты вообще думал? — она подняла на него глаза, полные слёз. — Это был наш разговор. Личный. А ты взял и выложил всё своей маме!
— Я не выкладывал, — он покачал головой. — Она спросила, почему я такой хмурый, и я… ну, сказал, что мы думаем о брачном договоре. Я не думал, что она примчится сюда с подругой-юристом.
— А ты не думал, что я могу не хотеть, чтобы весь мир знал про наши проблемы? — Настя села, вытирая слёзы. — Я тебе доверяла, Артём. Рассказала про маму, про свои страхи. А ты…
— А я рассказал про своего отца, — тихо перебил он. — И я тоже тебе доверял. Но ты права — я не должен был говорить с мамой. Это было глупо.
Настя смотрела на него, чувствуя, как гнев сменяется усталостью. Они оба ошибались. Оба боялись. И оба не знали, как это исправить.
— Что теперь? — спросила она. — Твоя мама уже, небось, всей родне рассказала, что мы чуть ли не разводимся.
— Она ушла, — сказал Артём. — Я попросил её дать нам время. Сказал, что мы сами разберёмся.
— И она послушалась? — скептически спросила Настя.
— Не сразу, — он слабо улыбнулся. — Но я был убедителен.
Настя вздохнула, откидываясь на подушки.
— Я не хочу ссориться, — сказала она. — Но я не знаю, как нам быть. Мы оба боимся, оба что-то скрываем. Как из этого выбраться?
Артём взял её за руку.
