— Сделает вот что, — Катя. — Ты спокойно, без истерик, показываешь паспорт с отметкой о регистрации и свидетельство о праве собственности на квартиру. Говоришь, что на твоей частной территории без твоего разрешения находятся посторонние лица, которые отказываются ее покинуть и пытаются нарушить твой покой. Ты не упоминаешь, что это свекровь и деверь. Для полиции они просто «посторонние лица». Основание для вызова — нарушение общественного порядка и незаконное проникновение. Полиция обязана будет их удалить. А если они начнут ломать дверь после смены замков — это уже статья. Все диктофонные записи, скриншоты переписки — это все пригодится уже для суда, если дойдет до выселения и снятия с регистрационного учета. Но до суда, я уверена, не дойдет. Такие хамы обычно трусливы, когда сталкиваются с реальным сопротивлением и законом.
Ее слова были как глоток чистого, холодного воздуха. Они структурировали мой хаос, давали мне четкий, ясный план.
— Я боюсь, — призналась я тихо. — Одной.
— Ты не одна, — твердо сказала Катя. — У тебя есть я. И у тебя есть закон на твоей стороне. Они играют на твоих эмоциях, на твоей порядочности. Перестань быть порядочной с теми, кто этого не заслуживает. Будь юристом. Будь холодной и расчетливой. Ты можешь.
Я вернулась домой, чувствуя себя другим человеком. В кармане лежала визитка Кати и распечатанная памятка с моими действиями. Я зашла в интернет, нашла службу по срочной замене замков и записала их на завтрашнее утро, на десять часов. Я знала, что в это время они обычно уходят на рынок.
Затем я начала вести себя иначе. Я перестала прятаться в спальне. Я вышла на кухню, спокойно приготовила себе ужин, игнорируя осуждающие взгляды свекрови. Я даже улыбнулась ей ледяной, вежливой улыбкой.
— Мариш, а ты, я смотрю, повеселела, — с подозрением заметила она. —Просто поняла, что нужно решать проблемы, а не бегать от них, — равнодушно ответила я, и это была чистая правда.
Вечером, лежа в кровати рядом с молчаливым Сергеем, я не ворочалась от бессилия. Я лежала с открытыми глазами и прокручивала в голове план. Смена замков. Упаковка вещей. Вызов полиции.
Они думали, что имеют дело с запуганной девочкой. Они и представить не могли, с кем им предстоит иметь дело завтра.
Утро началось как обычно. Людмила Петровна громко хлопала посудой на кухне, Витя ругался из-за своей игры, а Олег Иванович ворчал на новости по телевизору. Но сегодня их бытовой шум не вызывал во мне привычного спазма отчаяния. Он был фоном, последним актом спектакля, который скоро должен был закончиться.
Я сидела за столом, делая вид, что пью кофе, и следила за часами. Сергей уже ушел на работу, бросив на прощание невнятное «пока» и избегая моего взгляда.
Наконец, свекровь объявила: —Ну что, поехали на рынок? Надо Витьке новые носки купить, а то эти уже засалились. —Да, поехали, — буркнул Витя, выключая компьютер. — Только быстро.
