И вот, в самый разгар сборов, зазвонил телефон Алексея. Он лежал на тумбочке, и экран ярко светился именем «Игорь».
Алексей посмотрел на Марину. В его глазах не было ни страха, ни растерянности. Была лишь усталая готовность. Он взял трубку.
Алексей поднес телефон к уху. Марина замерла, наблюдая за ним. Кирилл, почуяв напряжение, притих с футболкой в руках.
— Да, Игорь. Привет, — голос Алексея был ровным, безразличным.
Марина не слышала, что говорил брат, но по лицу мужа все было понятно. Брови Алексея медленно поползли вверх, на губах появилась кривая, усталая улыбка. Он слушал минуту, не перебивая.
— Понятно, — наконец произнес он. — Проблемы. Срочно нужны деньги.
В его интонации не было ни капли удивления. Была лишь горькая предсказуемость.
— Слушай, Игорь, — Алексей перевел взгляд на Марину, и она кивнула ему, давая молчаливое согласие на все, что он скажет. — Я тебя правильно понял? Твоя новая, «сверхприбыльная» схема опять дала сбой? И теперь тебе нужно, чтобы мы снова «спасли» тебя? Взяли кредит, отдали последнее?
Он помолчал, слушая оправдания на том конце провода.
— Знаешь, я тебе сейчас скажу то, что нам с Мариной полгода назад стоило огромных усилий понять. Никто никому ничего не должен. Ни мы — тебе, ни ты — нам. Твои проблемы — это твои проблемы. Разбирайся сам.
Голос Игоря в трубке стал громче, визгливее. До Марины донеслись отдельные слова: «…родной брат…», «…последний раз…», «…стерва твоя жена…».
Лицо Алексея стало каменным.
—Хватит. Запомни раз и навсегда. Моя жена — это мой выбор. Моя семья. А семью свою я защищаю. От всех. В том числе и от тебя. Больше не звони с такими просьбами. Бесполезно.
Он нажал на красную кнопку и опустил руку с телефоном. В квартире воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным тиканьем часов.
Кирилл смотрел на отца с нескрываемым восхищением.
—Пап, ты как в кино… — прошептал он.
Алексей тяжело опустился на диван и провел рукой по лицу. Но когда он поднял глаза на Марину, в них не было прежней муки. Была усталость, да. Но и огромное облегчение.
— Все, — сказал он просто. — Закрыли тему.
Марина подошла, села рядом и взяла его руку в свои. Она смотрела на мужа и видела в нем не того растерянного мальчика, которого травила свекровь, а взрослого мужчину, который наконец-то расставил приоритеты и нашел в себе силы сказать «нет».
— Больше никогда, — тихо повторила она их с ним уговор.
— Никогда, — твердо подтвердил он. — Наша крепость. Наши правила.
Он обнял ее за плечи, и они так сидели несколько минут, слушая, как Кирилл возится с чемоданом, напевая себе под нос. За окном садилось солнце, окрашивая комнату в теплые, золотистые тона. Здесь, в этой комнате, пахло миром. И будущим.
Они не стали злорадствовать. Не стали обсуждать, что стало с авантюрой Игоря. Это было уже неважно. Важно было то, что они выстояли. Они прошли через огонь семейного шантажа, давления и манипуляций и вышли из этого испытания не сломленными, а сплоченными.
