— Какой семьи, Нина Сергеевна? Той, в которой свекровь обвиняет невестку в измене?
— Не драматизируй. Я просто хочу убедиться, что мой сын не воспитывает чужого ребёнка. Это естественное желание матери.
Кристина сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони до боли.
— Вон из моего дома, — прошептала она.
— Я сказала: вон из моего дома! — Кристина почти кричала, с трудом сдерживая слёзы. — Сейчас же!
В этот момент в прихожей щёлкнул замок — вернулся Дмитрий.
— Что здесь происходит? — он переводил взгляд с матери на жену.
— Твоя мать хочет, чтобы мы сделали тест ДНК, — выпалила Кристина, чувствуя, как по щекам текут слёзы бессильной ярости. — Чтобы доказать, что Миша — твой сын.
Дмитрий побледнел, переводя взгляд с матери на жену.
Нина Сергеевна поправила воротник блузки.
— Я лишь предложила простой способ развеять все сомнения. Думаю, это в интересах всей семьи.
— Каких сомнений? — Дмитрий поставил пакеты с продуктами на стол. — У меня нет никаких сомнений.
Кристина обхватила себя руками, чувствуя, как её трясёт. Это был момент истины — если Дмитрий сейчас встанет на её сторону, выпроводит мать и скажет, что ей не место в их доме после таких обвинений…
— Мам, ты перегибаешь палку, — сказал Дмитрий. — Я верю Кристине. Миша — мой сын, и никаких сомнений у меня нет.
Кристина на секунду почувствовала облегчение, но оно тут же рассеялось, когда муж продолжил:
— Но, возможно, этот тест не такая уж плохая идея, — добавил он примирительно. — Просто чтобы все успокоились и больше к этому не возвращались. Мам, ты же не отстанешь, верно?
Нина Сергеевна поджала губы.
— Я просто беспокоюсь о тебе, сынок.
Кристина смотрела на мужа, не веря своим ушам. Ей показалось, что пол уходит из-под ног. Стены кухни словно сжались, и стало трудно дышать.
— Ты серьёзно? — её голос был едва слышен. — Ты говоришь, что веришь мне, и в ту же секунду соглашаешься на тест? Ты понимаешь, что этим перечёркиваешь свои же слова о доверии?
— Кристин, это просто формальность. Чего стоит сделать этот безобидный тест, чтобы все были спокойны? Мама же не успокоится.
— Безобидный? — она горько усмехнулась. — Ты считаешь безобидным заставлять меня доказывать, что я не изменяла тебе? Что наш сын — это наш сын?
— Но ты же знаешь правду, зачем так переживать?
— Я могу сделать этот тест, Дима, — тихо сказала Кристина. — Но после него это уже будет совсем другая семья. Семья, которая строится не на доверии, а на больных фантазиях и подозрениях. И ты это прекрасно понимаешь. Это будет начало конца.
Нина Сергеевна поднялась с места, довольная, что её идея не была полностью отвергнута.
— Вот и хорошо. Я заеду завтра, обговорим детали. Есть отличная клиника на Преображенской.
Когда за свекровью закрылась дверь, Кристина молча прошла в спальню и достала чемодан.
— Что ты делаешь? — Дмитрий замер в дверях.
— Собираю вещи. Мы с Мишей едем к маме.
— Кристин, ну зачем эти драмы? — он устало потёр лицо. — Я же сказал, что верю тебе. Просто иногда проще уступить в мелочах, чем воевать.
