— Да, я взяла кредит! И что? Я имею право! Это вы с Алисой ни в чём себе не отказываете, а мне что, так и сидеть на одной пенсии?
— Не отказываем себе? — Алиса опешила. — Вы серьёзно?
— Вполне! Живёте в съёмной квартире, да, но за последний год три раза в кино ходили! И в кафе недавно были, я видела фотографию у Миши!
— Это было на мой день рождения! — Алиса не верила своим ушам. — Один раз за год! А вы купили телевизор за сорок тысяч!
— Я что, не имею права на нормальную жизнь? Я всю жизнь работала, себе ни в чём не позволяла, на вас с братом всё тратила! — Анна Александровна вскочила с кресла. — А теперь, когда мне уже под шестьдесят, я должна экономить на всём?
— Мам, постой, — Миша попытался её остановить, но свекровь уже разошлась.
— Нет, ты послушай! Алиса считает каждую копейку, контролирует меня, как будто я ей должна отчитываться! Это моя жизнь!
— Это ваша жизнь, пока вы не делаете моего мужа поручителем! — выкрикнула Алиса. — Как только вы втягиваете нас в свои долги, это становится и нашим делом!
— Так я же не просила вас платить!
— Серьёзно? А когда коллекторы начнут звонить Мише? Когда арестуют его счета? Когда описывать имущество придут?
Анна Александровна скрестила руки на груди.
— Это всё ваши фантазии. До такого не дойдёт.
— Уже дошло! — Алиса махнула письмом. — Вот оно, уведомление! Ещё неделя, и дело передадут в суд!
— Ну и пусть передают.
Алиса остолбенела. Она смотрела на свекровь и не узнавала её. Куда делась добрая, милая женщина, которая так тепло встречала их на праздники? Которая целовала Мишу в щёку и называла его ласково? Перед ней стояла совершенно другая — жёсткая, циничная, равнодушная.
— Мам, — Миша сделал шаг к матери, — ты понимаешь, что происходит? Если ты не будешь платить, платить придётся мне. Нам с Алисой. Из наших денег, которые мы копим на квартиру.
— Мишенька, ну подумаешь, отложите покупку на год. Или на два. Вы молодые, успеете.
— На год? На два? — Алиса почувствовала, как у неё подкашиваются ноги. Она опустилась на диван. — Вы хоть понимаете, о чём говорите?
— Прекрасно понимаю. Я в вашем возрасте вообще в коммунальной квартире жила. И ничего, выжила.
— Это другое время было!
— Нет, это отговорки. Просто вы избалованные. Захотели всё и сразу.
Алиса закрыла лицо руками. Она чувствовала, как внутри что-то обрывается. Все эти годы она старалась найти общий язык со свекровью. Улыбалась, когда та делала колкие замечания о её готовке. Терпела, когда Анна Александровна приезжала к ним без предупреждения и начинала делать перестановку в их квартире. Молчала, когда свекровь критиковала её выбор одежды, работу, друзей.
И вот оно — настоящее лицо.
— Миша, — Алиса подняла голову, посмотрела на мужа, — пойдём отсюда.
— Нет. Мне нечего здесь делать.
Она встала, направилась к выходу. Анна Александровна загородила дверь.
— Вот так вот? Пришла, устроила скандал и уходишь?
— Уберитесь с дороги.
— А ты вообще кто такая, чтобы мне указывать?
