— Потому что может, — просто ответил Сергей. — Потому что мы позволяли. Понимаете, она всю жизнь нами манипулировала. Постоянно напоминала, как тяжело ей было, как она одна нас растила, как отец бросил. Как мы ей обязаны. И мы верили. Я верил пятнадцать лет. Пока не открыл глаза.
— А что случилось тогда? — тихо спросил Леша. — Почему ты уехал?
— Я тогда встречался с девушкой. Собирался жениться. Копил на свадьбу. А мама узнала, что у меня деньги есть, и начала требовать. Сказала, что ей срочно нужна новая мебель в комнату, иначе она до свадьбы не доживет от позора — как же, сын женится, а она в такой обстановке живет, что соседи скажут. Я отдал почти все. А потом оказалось, что никакой мебели она не покупала. Просто положила деньги на счет. Я тогда взорвался. Потребовал вернуть. А она устроила истерику, сказала, что я неблагодарный, что после всего, что она для меня сделала, я смею требовать от нее что-то. Мы поругались страшно. Я тогда понял — если я останусь, она высосет из меня все. И девушка моя уйдет, потому что какая нормальная женщина выдержит такую свекровь? Я уехал через неделю. Нашел работу в другом городе, переехал. Телефон сменил. Связь прервал почти полностью.
— И как? — спросила Катя. — Не жалеешь?
— Первый год было тяжело, — признался Сергей. — Чувство вины грызло. Казалось, что я предатель, что бросил мать. Но потом понял — я не бросил. Я просто спас себя. Она сделала свой выбор — манипулировать детьми вместо того, чтобы строить нормальные отношения. И я сделал свой — выжить.
— А она пыталась тебя вернуть? — Леша смотрел на экран, не отрываясь.
— Первые полгода названивала постоянно. Плакала, говорила, что я ее убиваю, что у нее сердце болит из-за меня, что я должен вернуться. Потом начала угрожать — мол, вычеркну из завещания, не увидишь ни копейки. Я не вернулся. Она успокоилась. Раз в год звонит на день рождения, говорим о погоде. И все.
— Господи, — Катя откинулась на спинку стула. — То есть она и со мной так же будет?
— С тобой? — Сергей усмехнулся. — Катя, она уже с тобой так делает. Просто через Лешу. Она же не сама деньги у тебя требует, правда? Она давит на сына, а он не может отказать. Классическая схема.
Леша молчал, глядя в стол. Катя видела, как у него дергается желвак на скуле.
— Что мне делать? — наконец спросил он.
— Поставить границу, — ответил Сергей. — Сказать четко: мама, я люблю тебя, но больше не буду давать деньги просто так. Если у тебя реальная проблема — помогу. Но я хочу понимать, на что идут деньги. И я не обязан содержать тебя.
— Она же опять устроит истерику. Скажет, что я ее бросаю.
— И пусть говорит, — Сергей пожал плечами. — Леха, ты взрослый мужик. У тебя жена, своя жизнь. Ты не обязан жертвовать собой ради материнских манипуляций. Да, она тебя родила. Да, она тебя растила. Но это ее выбор был, ее решение. Дети не должны всю жизнь расплачиваться за то, что родились.
Катя взяла Лешу за руку. Он сжал ее пальцы в ответ.
— Спасибо, — сказал он брату. — Правда. Мне нужно было это услышать.
