Сначала это была просто подстраховка, «финансовая подушка». А год назад, когда на работе заговорили о горящих турах, Лена впилась в идею отпуска на море как утопающий в спасательный круг. И Андрей, уставший, вечно мятый от двух смен, тоже загорелся. Они вечерами сидели над ноутбуком, смотрели отели, спорили о стране.
— Турция, — мечтательно говорила Лена. — Чтобы без визы, чтобы «всё включено», чтобы я хоть раз в жизни подумала, не что приготовить, а просто что выбрать с шведского стола.
— Главное — море, — улыбался Андрей. — И чтобы без мамы.
Они тогда оба засмеялись. Но сейчас Лене было не до смеха.
Она вскочила, снова сунула руку в ящик, проверила подкладку, углы, даже приподняла комод — вдруг деньги куда-то провалились? В голове вспыхнула дикая, нелепая мысль: «Может, Андрей взял на что-то срочное?».
«Нет, он бы сказал… Или записку оставил… Или хотя бы смущался весь вечер…»
А он был обычный, слегка уставший, привычно жаловался на начальника и пробки. Ничего подозрительного.
Лена выпрямилась. Дыхание стало частым, колючим. В коридоре скрипнула половица — Тамара Петровна ворочалась в комнате. Она однажды уже намекала, что «в доме деньги держать небезопасно», и предлагала отдать ей на хранение. «У меня заначка есть, я спрячу, точно никто не найдет». Лена тогда промолчала и перевела тему.
Теперь кусала губы до крови: надо было тогда насторожиться сильнее.
Мысль, которую она до этого гнала от себя, медленно, как ядовитый дым, заполняла сознание. «Она… Могла…»
Лена вышла в коридор босиком, стараясь не ступать на скрипучие доски. Дверь в комнату свекрови была приоткрыта — по её принципу «я в своём доме ничего закрывать не обязана». Из щели пробивался тусклый свет ночника.
Лена остановилась у порога. Тамара Петровна лежала на боку, лицом к стене, но глаза были закрыты. На тумбочке — стакан с водой, пачка таблеток от давления, очки, телефон… и несколько длинных чеков, небрежно брошенных стопкой.
Лена, затаив дыхание, потянулась и осторожно взяла верхний чек. Бумага шуршала, но свекровь не шелохнулась.
«Магазин электроники… Смартфон… 79 990… Оплата наличными». Она взяла следующий: «Микроволновая печь… 42 990». Дальше: «Ювелирный салон… Цепочка золотая, подвеска… 24 500».
В сумме — почти вся её коробка.
У Лены закружилась голова. Чеки поплыли перед глазами. Она вцепилась пальцами в дверной косяк, чтобы не упасть. В голове гулко стучало: «Это она. Это правда она».
В этот момент в замке входной двери щёлкнул ключ. Лена вздрогнула, инстинктивно прижала чеки к груди и выскочила в коридор.
Андрей зашёл, тяжело ступая, как всегда после смены. В руках пакет с хлебом и молоком.
— О, не спишь ещё? — он устало улыбнулся, но, увидев её лицо, остановился. — Лен, ты как? Ты белая вся…
Она шагнула к нему почти вплотную.
— Андрей, наших денег нет, — выдавила она хрипло.
— Каких… — начал он по инерции и осёкся. — Подожди. В смысле нет?
— В прямом. Тайник пустой. Коробка пустая. Всё — исчезло.
Он шумно выдохнул, поставил пакет на пол.
