Утро началось с грохота кастрюль и деланного кашля Тамары Петровны. Лена вышла на кухню уже полностью собранная на работу, но вид свекрови заставил её остановиться.
Та была при полном параде: платье «на выход», аккуратно уложенные локоны, лёгкий макияж. На столе — три больших пакета с логотипами магазинов, из одного выглядывал уголок коробки с микроволновкой.
— О, проснулась, — бросила свекровь, не глядя на Лену. — Я уезжаю к детям. Праздник у них. Не жди.
— С подарками за сто пятьдесят тысяч, — спокойно сказала Лена, наливая себе чай. — Которые куплены на мои деньги.
— Опять началось… — закатила глаза Тамара Петровна. — Ты, Лена, убей себе в голову: в этом доме «моё» важнее любого «твоего». Я старшая. И точка.
В этот момент на кухню вошёл Андрей, потирая глаза.
— Доброе утро, — пробормотал он, чмокнув Лену в макушку по привычке. — Мама, ты уже собралась?
— А то! — свекровь вспыхнула радостью. — Виталик за мной заедет. У нас стол накрыт будет — и для тебя, кстати, место есть. Наташа вчера звонила, спрашивала, будете ли. Я сказала, что ты, Андрюша, обязательно приедешь. А вот Лене там делать нечего. Она человек мелкий, завистливый.
— Конечно. Особенно теперь, когда ей есть чему завидовать: чужой микроволновке и телефону.
Андрей дёрнул щекой, но промолчал.
— Мам, Лена тоже часть семьи, — слабо возразил он. — Нехорошо так говорить.
— Семья — это те, кто кровь, — отрезала свекровь. — Ладно, не злись. Приедешь — увидишь, как Наташенька обрадуется. У неё, между прочим, волосы опять полезли — нервничает из‑за старой микроволновки, представляешь?
Лена чуть не поперхнулась чаем. Андрей тоже досадливо вздохнул.
— Я сегодня не поеду, — сказал он. — Смена, потом в гараж заехать надо. Поздравьте от меня.
— Как знаешь, — свекровь нахмурилась, но спорить не стала. — Значит, я одна поеду. Мне там и так рады.
Через полчаса во дворе прозвучал сигнал машины. Тамара Петровна засуетилась, натянула пальто, подхватила пакеты. Перед тем как выйти, остановилась и, демонстративно не глядя на Лену, сказала Андрею:
— Ты с ней поговори. Объясни, что так себя не ведут. Я её ещё простить готова, если рот закроет.
Дверь хлопнула, в квартире наступила непривычная тишина.
Лена поставила кружку в раковину и повернулась к мужу.
— Тебя всё это устраивает? — спросила она. — То, что произошло вчера. То, что происходит сейчас.
— Лен, меня не устраивает, конечно. Но что теперь? Деньги всё равно не вернёшь. Подарки уже у них будут. Ну не ехать же нам сейчас и отбирать, серьёзно? Я поговорю с мамой, чтобы такого больше не повторялось. И… ну, давай кредит возьмём. Съездим всё равно.
— В кредит? — Лена горько усмехнулась. — То есть идея такая: она ворует, а мы платим банку проценты, чтобы всё осталось как есть? Удобно.
— Не переворачивай всё, — Андрей начал раздражаться. — Я пытаюсь найти решение без скандала! Ты же знаешь, у мамы сердце, давление. Любой стресс…
