— Но Лена далеко, — возразила мать, и в её голосе скользнула нотка отчаяния. — Поездом ехать целый день, с детьми… Они могут не успеть. А мы с отцом… мы хотим видеть вас обеих. Под одной ёлкой, как раньше.
Нина усмехнулась про себя. Как раньше? Раньше не было завещания, которое делило дочерей на «свою» и «чужую». Она села на подоконник, обхватив колени руками. Квартира была маленькой, но своей — купленной в ипотеку, с видом на шумную улицу. Здесь она чувствовала себя независимой, но в праздники одиночество накатывало особенно сильно.
— Я подумаю, — сказала она наконец, хотя знала, что думать особо не о чем. — Но без обещаний.
— Спасибо, солнышко, — мать оживилась. — Позвони Лене, ладно? Она тоже переживает.
Нина положила трубку и долго сидела в тишине, слушая, как тикают часы на стене. Новый год через неделю. Родители в своём доме, с ёлкой, оливье и шампанским. А она здесь, с бутылкой вина и сериалом. Справедливо ли это?
На работе в тот день Нина едва сосредоточилась. Она работала менеджером в небольшой фирме по организации мероприятий — планировала корпоративы, свадьбы, юбилеи. Ирония: помогала другим создавать праздники, а свой собственный превращала в фарс. Коллеги болтали о планах — кто-то уезжал в горы, кто-то к родным. Нина улыбалась, кивала, но внутри всё сжималось.
Вечером она набрала номер Лены. Сестра ответила сразу, голос бодрый, с лёгким питерским акцентом — она переехала туда после замужества.
— Нин, привет! — воскликнула Лена. — Мама звонила? Что там у вас?
— Привет, — Нина постаралась звучать нейтрально. — Да, звонила. Просит приехать на Новый год. Обеих.
Повисла пауза. Нина представила Лену в её просторной квартире у Невы: муж Сергей, сыновья — пятилетний Миша и трёхлетний Коля, — бегающие вокруг.
— Я бы с радостью, — вздохнула Лена. — Но Сергей на работе до тридцатого, дети в садике. Поездом с малышами — это ад. Может, в январе выберемся?
— Вот видишь, — Нина не смогла удержать горечи. — Ты далеко, с планами. А я. я должна бросить всё и мчаться, потому что «старшая»?
— Нин, не начинай, — Лена понизила голос, видимо, отошла в другую комнату. — Это из-за завещания? Мама рассказала. Я не просила, честно. Они сами решили.
— Конечно, сами, — фыркнула Нина. — Потому что ты идеальная: замужем, дети. А я — неудачница, которая уехала и «забыла» о родителях.
— Это не так, и ты знаешь, — Лена звучала обиженно. — Ты помогаешь, я вижу переводы. Но родители стареют, им нужна помощь на месте. Уборка, готовка, в больницу свозить.
— А я что, не могу? — Нина встала и начала ходить по комнате. — Я приезжаю, когда могу. Но работа, расстояние…
— Расстояние — да, — согласилась Лена. — Питер не ближе Москвы. Но дом большой, его содержать надо. Родители думают о будущем.
Будущем. Слово повисло в воздухе. Нина остановилась у зеркала, глядя на своё отражение: тридцать восемь лет, усталые глаза, волосы, собранные в хвост. Она не вышла замуж — были романы, но ничего серьёзного. Карьера застряла на среднем уровне. А Лена… Лена преуспела.
