Были там, разумеется, и слова обо мне. Пять записей, сделанных в разные годы.
«Мария-то? Ей деньги понравились. За Андрея вышла, потому что у нас трёхкомнатная квартира».
«Невестка у меня простенькая. Из семьи учителей. Для неё наша семья — это повышение уровня».
«Мария вроде ничего, но я Андрею сразу говорила: не спеши. Мог бы и получше найти».
«Характер у моей невестки тяжёлый. Терплю её только из-за Андрея».
«Знаете, почему второго ребёнка они не завели? Она говорит — здоровье. А я думаю, просто денег пожалела».
Я сидела перед экраном и смотрела спокойно. Слёз уже не было. Всё, что можно было выплакать, я выплакала за восемнадцать лет.
Потом открыла программу для монтажа и переделала ролик сама.
Получилось шесть минут. Я добавила аккуратные переходы, подписи с датами, имена на экране и субтитры. Файл назвала так: «Юбилей Ирины Павловны. Тост невестки. 15 апреля».
Четырнадцатого апреля я набрала Лидию Сергеевну.
Она была давней подругой Ирины Павловны. В прошлом юрист, теперь пенсионерка. Семьдесят лет. На юбилей её, конечно, пригласили.
— Мария, здравствуй. Что-то случилось?
— Лидия Сергеевна, вы завтра будете на празднике у Ирины Павловны?
— Разумеется. Как же без меня.
Я несколько секунд молчала, подбирая слова.
— Я хочу показать вам одну вещь до банкета.
— Какую ещё вещь?
— Запись с прошлых мероприятий Ирины Павловны. Там она говорит о вас.
В трубке наступила такая тишина, что я услышала собственное дыхание.
— Запись? — наконец переспросила она.
— Да. В ресторане велась видеосъёмка со звуком. Всё прекрасно слышно.
— Отправляй, Мария. В мессенджер. Посмотрю сейчас.
Я переслала ей только один фрагмент — тот самый, где Ирина Павловна говорила про «Лидку с мозгами» и про лицо, которым «не вышла».
Через семь минут Лидия Сергеевна перезвонила.
Голос у неё был ровный, почти сухой.
— Мария, я не удивлена. Двадцать лет чувствовала, что она обо мне так думает. Теперь просто услышала своими ушами.
— Лидия Сергеевна, завтра я буду отвечать на её слайды. Мне нужно, чтобы вы сели в первом ряду. Если я растеряюсь или не выдержу, пожалуйста, скажите сами.
— Я сяду впереди.
Она снова ненадолго замолчала.
— Мария, ты понимаешь, что после такого твой брак, скорее всего, закончится?
— Понимаю.
— И ты к этому готова?
— Лидия Сергеевна, мой брак закончился ещё в две тысячи десятом. Просто я восемнадцать лет не решалась поставить подпись там, где давно нужно было.
— Ясно. Завтра к семнадцати буду у «Кедра».
Пятнадцатое апреля. Пятница.
Ровно в пять вечера я вошла в ресторан «Кедр». Банкетный зал находился на втором этаже.
На мне было чёрное платье — длинное, сдержанное, без лишних деталей. Волосы я убрала. Из украшений оставила только часы.
Андрей приехал отдельно. С самого утра он был у матери: помогал развешивать декор, расставлять цветы, проверять столы.
