И Лена была права. Когда Катя вернулась домой, её ждал новый сюрприз. На столе лежал конверт с документами. А рядом — записка от Сергея: «Прости. Я был неправ. Но я не знаю, как всё исправить».
Катя открыла конверт и почувствовала, как кровь отливает от лица. Это был договор о дарении доли квартиры. На имя Галины Ивановны. Подписанный Сергеем.
— Или моя мать получает долю в квартире, или я съезжаю! — слова Сергея всё ещё звучали в голове Кати, когда она смотрела на договор дарения, лежащий на кухонном столе
— Что ты натворил, Серёж? — прошептала она, сжимая лист бумаги так, что он смялся в её руках.
Договор был подписан. Сергей, не посоветовавшись с ней, решил передать часть их квартиры — её квартиры — своей матери. Катя чувствовала, как внутри всё кипит: гнев, обида, бессилие. Она бросила взгляд на записку, написанную его размашистым почерком: «Прости. Я был неправ. Но я не знаю, как всё исправить».
— Исправить? — Катя горько усмехнулась, отбрасывая бумагу. — Ты даже не попытался.
Квартира была тихой, только старый холодильник гудел в углу. Сергей ушёл на работу, оставив её наедине с этим предательством. Катя сидела, глядя на потёртый стол, где они с Сергеем когда-то пили чай, планируя будущее. Тогда казалось, что они — команда, что вместе они справятся с чем угодно. А теперь? Теперь он подписал документ, который мог разрушить всё.
Она схватила телефон и набрала Лену.
— Лен, он это сделал, — голос Кати дрожал, но она старалась держать себя в руках. — Подписал дарственную на долю квартиры. Для своей мамы. Без меня.
— Что?! — Лена ахнула так громко, что Катя невольно отодвинула телефон от уха. — Кать, это же… это незаконно, нет? Квартира твоя, ты же покупала её до свадьбы!
— Да, — кивнула Катя, хотя подруга её не видела. — Но он… он как будто хочет меня сломать. Заставить согласиться.
— Сломать? — Лена фыркнула. — Кать, ты не из тех, кого ломают. Тебе нужен юрист. Прямо сейчас.
Катя знала, что Лена права. Она не могла просто сидеть и ждать, пока её жизнь рухнет. Но мысль о юристе, о судах, о ссорах с Сергеем — всё это пугало. Она всё ещё любила его. Или, может, любила того Сергея, который был раньше? Того, кто смеялся с ней над глупыми фильмами, кто приносил ей кофе в постель, кто обещал, что они всегда будут вместе.
— Я подумаю, — тихо сказала она. — Но сначала… мне нужно ещё раз поговорить с ним.
— Кать, будь осторожна, — голос Лены стал серьёзнее. — Он уже показал, что готов пойти против тебя. Не дай ему снова тебя задавить.
Катя положила трубку и посмотрела на договор. Её пальцы дрожали, но она заставила себя встать, налить воды, сделать глоток. Нужно было собраться. Нужно было действовать.
Вечером Сергей вернулся домой. Он выглядел ещё более уставшим, чем обычно: тёмные круги под глазами, мятая рубашка, волосы растрёпаны. Катя сидела на кухне, договор лежал перед ней, как улика в детективе.
— Ты это видел? — спросила она, указывая на бумагу. Голос был спокойным, но внутри всё клокотало.
