Катя сидела на кухне, глядя на чашку остывшего чая. За окном моросил питерский дождь, и капли стекали по стеклу, как будто плакал сам город. Прошла неделя с их последнего сеанса у Анны Сергеевны, и задание «говорить о мечтах» оказалось сложнее, чем она думала. Они с Олегом пытались — неловко, с паузами, будто разучились быть честными друг с другом. Но каждый разговор заканчивался одним и тем же: Катя хотела дом, семью, покой, а Олег… Олег говорил о том же, но его слова звучали как обещания, которые он не знал, как выполнить.
— Ты опять с родителями разговаривал? — спросила она, когда Олег вошёл в кухню, стряхивая капли дождя с куртки.
Он замер, его рука застыла на дверце холодильника.
— Да, — ответил он, не оборачиваясь. — Мама звонила. Спрашивала, как дела.
— И что ты сказал? — Катя старалась говорить спокойно, но её голос дрожал.
Олег повернулся, его глаза были усталыми, но в них мелькала искренняя растерянность.
— Сказал, что мы… работаем над собой, — он пожал плечами. — Она беспокоится, Катя. Они же не чужие.
Катя почувствовала, как внутри всё сжимается. Снова его родители. Снова этот невидимый груз, который он тащит за собой, как старый чемодан, набитый долгом и чувством вины.
— Олег, — тихо сказала она, — ты помнишь, что обещал? Никаких решений без меня.
Он кивнул, но его взгляд скользнул в сторону, будто он боялся встретиться с её глазами.
— Я помню, — сказал он. — Но… мама попросила ещё немного денег. На окна. Старые совсем прогнили.
Катя замерла. Чашка в её руках дрогнула, и она поставила её на стол, чтобы не уронить.
— Сколько? — её голос был холодным, как дождь за окном.
— Не много, — Олег замялся. — Тысяч сто. Может, сто пятьдесят.
— Сто пятьдесят тысяч? — она встала, её пальцы сжались в кулаки. — Олег, у нас нет этих денег! Ты уже забрал всё, что мы копили! Что ты собираешься делать? Кредит взять?
— Нет, — он покачал головой, его лицо стало напряжённым. — Я… я уже перевёл.
Катя почувствовала, как пол уходит из-под ног. Она смотрела на него — на мужчину, которого любила, за которого вышла замуж, с которым мечтала о будущем, — и не узнавала его. Это был не Олег. Это был человек, который снова выбрал не её.
— Ты перевёл? — переспросила она, её голос дрожал от ярости. — Без меня? Снова?
— Катя, это не то, что ты думаешь, — начал он, но она подняла руку, останавливая его.
— Не надо, — отрезала она. — Я всё поняла.
Она вышла из кухни, чувствуя, как слёзы жгут глаза. В спальне она открыла ноутбук и набрала в поисковике: «Юрист по разводам Петербург». Пальцы дрожали, но она кликнула по первому попавшемуся сайту. Ей нужно было действовать. Хватит терпеть.
На следующий день Катя сидела в офисе юриста — строгой женщины в сером костюме, чьи очки поблёскивали в свете настольной лампы. Офис был холодным, с запахом бумаги и кофе, и Катя чувствовала себя не в своей тарелке.
— Итак, Екатерина, — начала юрист, листая папку. — Вы хотите подать на развод. Причина?
Катя сглотнула, её горло пересохло.
